## textr

## Source details

**Canonical URL:** [textr](https://www.imf.org/-/media/files/publications/weo/2022/april/russian/textr.pdf)

## Other formats

- [Markdown version](/-/media/files/publications/weo/2022/april/russian/textr.pdf.md)
- [Structured JSON version](/-/media/files/publications/weo/2022/april/russian/textr.pdf.json)

---

### Частный долг и восстановление — основные выводы и количественные оценки
- Накопление долга во время пандемии:
  - В 2020 году рост мирового долга частного сектора (13 percent ВВП) происходил по широкому фронту и был почти равен по объему приросту государственного долга.
  - В странах с развитой экономикой прирост частного долга был наибольшим, но между странами наблюдались значительные различия.
  - В 2020 году государственный долг увеличился почти на 15 percent ВВП.
- Оценки воздействия на рост:
  - Согласно межстрановым оценкам, замедление будущего роста ВВП в странах с развитой экономикой составит в общей сложности 0,9 процента в течение следующих трех лет.
  - В странах с формирующимся рынком — 1,3 процента в течение следующих трех лет (Китай исключён из этого агрегированного анализа).
- Механизмы передачи и панельные оценки:
  - Избыточный рост кредитования домашних хозяйств на 1 процентный пункт приводит к снижению частного потребления на 0,5 percent в странах с развитой экономикой и на 2 percent в странах с формирующимся рынком через пять лет.
  - Избыточный рост кредитования нефинансовых организаций оказывает аналогичное воздействие на инвестиции.
  - Непрогнозируемое ужесточение денежно-кредитной политики на 100 базисных пунктов приводит к сокращению инвестиций компаний с высоким уровнем заемных средств в общей сложности на 6½ процентного пункта в течение двух лет — на 4 процентных пункта больше, чем у компаний с низким уровнем заемных средств.
  - В странах с формирующимся рынком с самой слабой бюджетной позицией совокупное снижение объёма производства может достигать до 9 percent в течение трёх лет (оценка для нижнего квартиля бюджетной позиции).
- Секторальная неоднородность и уязвимости:
  - Накопление долга наиболее заметно среди уязвимых компаний (высокая доля заемных средств, дефицит ликвидности, низкая рентабельность) в наиболее пострадавших отраслях.
  - В наиболее пострадавших отраслях доля компаний с коэффициентом процентного покрытия менее 1 не вернулась к довоенному уровню.
  - В отношении условных требований и гарантий значительной части накопленного частного долга сохраняется неопределённость.

### Рекомендации по политике (долг и восстановление)
- Общие принципы:
  - При прогнозировании и разработке политики учитывать распределение долга (между домохозяйствами и компаниями) и его концентрацию среди уязвимых субъектов.
  - В странах, где восстановление идёт полным ходом и финансовое положение частного сектора устойчиво, бюджетную поддержку можно сокращать быстрее, помогая работе центрального банка.
- Для стран с более уязвимым частным сектором:
  - Оказывать адресную бюджетную поддержку в рамках внушающей доверие среднесрочной бюджетной основы для снижения риска дестабилизации и долгосрочного ущерба.
  - Рассмотреть меры по повышению доходов (повышение соблюдения налоговых норм; реформы по модернизации налогообложения предприятий); возможный временный рост налога на доходы корпораций для охвата сверхприбыли, возникшей в связи с пандемией.
  - Усиление нормативно-правовых средств реструктуризации и несостоятельности для быстрого перераспределения капитала; при ограниченной адресности программ реструктуризации — разработать эффективные и минимизирующие моральный риск схемы помощи домохозяйствам.

### Балансы домохозяйств и компаний — ключевые факты
- Домашние хозяйства:
  - Чистая стоимость активов мира: в среднем увеличилась с 225 percent ВВП (PPP) в 1995 году до более чем 360 percent ВВП (PPP) в 2020 году.
  - В 2020 году задолженность домашних хозяйств резко возросла вследствие увеличения заимствований и снижения доходов; этот рост сопровождался значительным увеличением финансовых активов.
  - По странам и по децилям доходов изменения в задолженности сильно различались: в Китае средний рост составил 5,7 percent годового дохода, в Южной Африке — 4,5 percent годового дохода; в США среди домохозяйств с доходом ниже $15,000 прирост превысил 10 percent их дохода.
- Компании (нефинансовые организации):
  - Наиболее пострадавшие отрасли: потребительские услуги, транспорт, автомобили и комплектующие.
  - Выигравшие отрасли: полупроводники, ПО и ИТ-услуги, фармацевтика, медицинское оборудование.
  - Государственные кредитные гарантии охватили значительную долю нового кредитования в ряде стран (например, примерно 20 percent новых кредитов в Германии до 100 percent в Японии в рамках объявленных схем до определённого предела).
  - Концентрация уязвимых компаний (коэффициент процентного покрытия < 1, верхний терциль по доле долга к активам и нижний терциль по норме прибыли на активы) была выше, чем во время мирового финансового кризиса.

### «Зеленое» преобразование, рынок труда и политика — выводы и сценарии
- Измерения и распределение рабочих мест:
  - Экологические показатели: «экологическая интенсивность», «интенсивность загрязнения», «интенсивность выбросов».
  - В выборке стран средняя экологическая интенсивность профессий обычно от 2 до 3 percent (средняя по занятости), средняя интенсивность загрязнения — от 2 до 6 percent.
  - Средняя интенсивность выбросов на работника в медианной стране выборки в 2015 году порядка восьми тонн CO2 на одного работника.
- Доступность «зеленых» рабочих мест:
  - Высококвалифицированные работники и работники в городах имеют профессии с большей экологической интенсивностью и меньшей интенсивностью загрязнения.
  - Даже с учётом квалификации среднее «зелёное» рабочее место приносит доход почти на 7 percent выше по сравнению с загрязняющим рабочим местом.
- Динамика переходов и ограничения:
  - В среднем около 8 percent работников в год в выборке переходят на новую работу, имея работу; примерно 52 percent безработных находят работу в текущем году; ежегодно примерно 6 percent работников увольняются.
  - Вероятность перехода с загрязняющего на более «зелёное» рабочее место составляет от 4 до 7 percent; с нейтрального на «зелёное» — от 9 до 11 percent. Переходы на «зелёные» места затруднены для работников с низкой квалификацией.
- Эмпирические эффекты экологической политики:
  - Переход страны из 25-го в 75-й процентиль по строгости экологической политики ассоциирован с повышением средней экологической интенсивности занятости примерно на 2 percent и снижением интенсивности загрязнения и интенсивности выбросов примерно на 4 и 6 percent соответственно.
  - Меры, снижающие стимулы к перераспределению (щедрая поддержка сохранения рабочих мест, более высокие выплаты по страхованию от безработицы), ослабляют эффект «озеленения».
- Модельные сценарии и набор мер (временные рамки и эффекты):
  - Компоненты набора: активизация «зелёных» инвестиций и R&D (начиная 2023 года), поэтапное введение адвалорного налога на выбросы углерода (начиная 2023 года с постепенным ростом, усиление с 2029 года), целенаправленная программа подготовки кадров (с 2023 года), налоговый зачет за заработанный доход (НЗЗД) (начиная 2029 года). В странах с высокой долей неформальной занятости НЗЗД следует дополнять денежными трансфертами.
  - Иллюстрации:
    - Представительная страна с развитой экономикой: ожидается перераспределение примерно 1 percent занятого населения в сектор с более низкой интенсивностью выбросов в течение 10 лет; совокупная занятость растёт примерно на 0,5 percent; доходы низкоквалифицированных работников после уплаты налогов повышаются.
    - Представительная страна с формирующимся рынком: ожидаемое перераспределение примерно 2,5 percent занятого населения в течение 10 лет; для поддержания доходов может потребоваться применение трансфертов.
  - Модель учитывает, что активизация «зелёных» инвестиций может первоначально задерживать перераспределение; налог на выбросы служит ценовым сигналом; программы подготовки кадров повышают производительность низкоквалифицированных работников в секторе с пониженной интенсивностью выбросов.

### Рекомендации политики для «зелёного» перехода
- Комбинировать:
  - Стимулы спроса и инвестиций в «зелёную» инфраструктуру и R&D;
  - Поэтапное введение цен на углерод;
  - Целенаправленные программы подготовки кадров для низкоквалифицированных работников;
  - НЗЗД (и в странах с высокой долей неформальной занятости — дополнительные денежные трансферты).
- Снижение барьеров для перераспределения рабочей силы (своевременное свёртывание мер по сохранению рабочих мест по мере перехода из пандемии в эндемию).
- Уделять внимание региональной политике и программам поддержки в регионах, где преобладают загрязняющие отрасли.

### Мировая торговля и ГЦДС во время пандемии — эмпирические факты
- Изменения торговли в ранней фазе пандемии:
  - В II квартале 2020 года объём мировой торговли товарами снизился на 12,2 percent относительно I квартала 2018 (нормализация индекса), а торговля услугами — на 21,4 percent по сравнению с IV кварталом 2019 года.
  - Экспорт товаров, тесно вовлечённых в ГЦДС, упал на 30 percent в период январь–апрель 2020 года; экспорт других видов товаров снизился примерно на 18 percent за тот же период.
- Стандартная модель импорта (калиброванная на 1985–2019 гг.) недооценила падение импорта услуг в 2020 году:
  - Модель прогнозировала снижение импорта товаров примерно на 10 percent, тогда как фактическое снижение составило 6 percent.
  - Модель прогнозировала снижение импорта услуг примерно на 8 percent, тогда как фактическое снижение составило 25 percent.
- Характерные для пандемии факторы и вторичные эффекты:
  - В странах с более тяжёлым распространением COVID-19, более строгими мерами сдерживания и большим падением мобильности наблюдался относительно более высокий «избыточный» импорт товаров; «недостающий» импорт услуг был более выражен там, где значительна доля импорта услуг, связанных с поездками.
  - До 60 percent отмечавшегося в отдельной стране снижения импорта в первой половине 2020 года в среднем объяснялось режимами самоизоляции в странах — торговых партнёрах.
  - Вторичные эффекты были сильнее в отраслях, тесно вовлечённых в ГЦДС, и в перерабатывающих отраслях ближе к конечному пользователю.
  - Возможность дистанционной работы в странах-партнёрах смягчала вторичные эффекты; влияние вторичных эффектов уменьшалось со временем, указывая на адаптацию ГЦДС.

### Вторичные эффекты самоизоляции — эмпирика и коэффициенты
- Heise, 2020: почти 50-процентное снижение импорта из Китая в США в марте 2020 года по сравнению с январем 2020 года; импорт восстановился в апреле 2020 года.
- Lafrogne-Joussier, Martin, and Mejean, 2021: французские предприятия, получавшие комплектующие из Китая, столкнулись с сокращением импорта в период с февраля по апрель 2020 года, которое оказалось на 7 percent больше, чем у компаний, получавших сырье из других стран.
- Эмпирическая спецификация двустороннего импорта и оценка:
  - M_m,e,i,t = g(β Stringency Index_e,t + δ Controls_m,e,t + α_m,e,i + γ_m,i,t + ε_m,e,s,t).
  - Оксфордский индекс строгости (Stringency Index_e,t) имеет диапазон от 0 до 100.
  - Оценочный коэффициент для взвешенной регрессии изменения импорта (II кв. 2020 г. и IV кв. 2019 г. относительно Оксфордского индекса) равен –0,015 (t-stat = –2,44), указывая на статистически значимое негативное влияние строгости мер на импорт.

### Неоднородность эффектов, адаптация и устойчивость ГЦДС
- Вторичные эффекты были:
  - более чем вдвое сильнее в случаях стран, чьи партнеры по экспорту имели низкий потенциал для удаленной работы;
  - более заметны в отраслях с высокой долей участия в ГЦДС, особенно в электронной промышленности;
  - сильнее в отраслях на последующих стадиях цепочки поставок; повышение индекса положения в цепочке поставок на одно стандартное отклонение снижает почти на одну треть обусловленный самоизоляцией вторичный эффект на поставки.
- Адаптация:
  - Во 2021 году в условиях самоизоляции импорт сократился намного меньше, чем в 2020 году.
  - Более высокий уровень автоматизации связан с повышенной устойчивостью: воздействие на экспорт было почти на 67 percent сильнее для компаний с меньшим уровнем автоматизации.
- Региональные сдвиги и временный характер:
  - К июню 2020 года страны «азиатского конвейера» увеличили свою долю на рынке продукции с высокой долей участия в ГЦДС в странах «европейского конвейера» на 4,6 процентного пункта и в странах «североамериканского конвейера» — на 2,3 процентного пункта.
  - По данным до июня 2021 года эти сдвиги сократились на этапе восстановления, что указывает на временный характер изменений долей рынка.
- Узкие места и перебои:
  - Издержки на транспортировку росли до сентября 2021 года, затем начали умеренно снижаться; сроки доставки увеличились в 2021 году; некоторые порты оставались перегружены.

### Моделирование устойчивости: диверсификация и заменяемость (Bonadio et al., 2021)
- Модель:
  - Охватывает 64 страны и 33 отрасли, включает торговлю промежуточными товарами и услугами, постоянную отдачу от масштаба и репрезентативные предприятия в каждой отрасли.
- Сценарии и калибровки:
  - Дестабилизация поставок в одной крупной стране-поставщике (шок, откалиброванный под Китай): шок эквивалентен сокращению предложения рабочей силы примерно на 25 percent, что в базовом случае приводит к падению ВВП среднестатистической страны на 0,8 процента.
  - Сценары с многими странами исследуются бутстрепом; средняя парная корреляция между шоками составляет 25 percent.
- Диверсификация:
  - В среднем в странах западного полушария компании получают 82 percent промежуточных ресурсов от внутренних поставщиков; эталонное значение равно 31 percent.
  - Повышение диверсификации (сокращение доли внутренних источников примерно вдвое) почти вдвое сокращает потери ВВП в сценарии со шоком в крупном поставщике: при базовом уровне диверсификации снижение ВВП составляет 0,8 процента; в сценарии высокой диверсификации сокращение ВВП уменьшается почти вдвое.
  - Сокращение торговых издержек на 25 percent приводит к снижению индекса Херфиндаля на 4 процентных пункта по сравнению с фактическим уровнем в 60 percent.
- Заменяемость:
  - Увеличение эластичности замещения промежуточных ресурсов из разных стран с 0,5 до 2,0 приводит к уменьшению потерь ВВП стран, не являющихся источником шока, примерно на четыре пятых по сравнению с базовым сценарием.
- Ограничения:
  - Преимущества диверсификации и заменяемости уменьшаются при широком распространении шоков и высокой их корреляции; при чрезвычайно высокой корреляции диверсификация практически не защищает.
  - Модель не учитывает управление товарно-материальными запасами и не включает все реальные издержки диверсификации и повышения заменяемости на уровне фирм.

### Ключевые эмпирические и модельные величины (сохранены точно)
- Коэффициент регрессии изменения импорта относительно индекса строгости мер: –0,015 (t-stat = –2,44).
- Оксфордский индекс строгости: диапазон от 0 до 100.
- Пример шока в модели: сокращение рабочей силы в крупной стране-поставщике на 25 percent.
- В среднем в странах западного полушария: 82 percent промежуточных ресурсов от внутренних поставщиков; эталонное значение концентрации мирового производства — 31 percent.
- Повышение эластичности замещения с 0,5 до 2,0 моделируется как путь к большей заменяемости.
- Расширение диверсификации снижает волатильность ВВП на 5 percent при коррелированных шоках (средняя парная корреляция 25 percent).
- Сокращение торговых издержек на 25 percent снижает индекс Херфиндаля географической концентрации на 4 процентных пункта от исходного уровня 60 percent.

### Политические рекомендации по повышению устойчивости цепочек поставок
- Инфраструктура:
  - Модернизация портовой инфраструктуры на ключевых глобальных транспортных направлениях для ослабления узких мест в мировой логистике.
- Информационная прозрачность:
  - Государства могут содействовать картированию цепочек поставок с использованием цифровизации документооборота и НДС-данных для выявления уязвимостей.
- Снижение торговых издержек:
  - Сокращение нетарифных барьеров и уменьшение неопределённости торговой политики для стимулирования диверсификации источников промежуточной продукции.
- Денежно-кредитная политика и финансовая стабильность:
  - Центральным банкам следует принимать меры, чтобы не допустить закрепления инфляционного давления и предотвратить потерю контроля над инфляционными ожиданиями; прозрачная и основанная на данных коммуникация крайне важна.
  - Страны с формирующимся рынком и развивающиеся страны должны подготовиться к возможному оттоку капитала и использовать инструменты (валютные интервенции, меры по управлению потоками капитала) в соответствии с институциональными рамками.
- Макропруденциальная политика:
  - Усиление макропруденциальных инструментов в странах с повышенной уязвимостью, при этом избегая процикличности и неупорядоченного ужесточения.
- Международное сотрудничество:
  - Многослойный многосторонний подход к обеспечению справедливого и широкого доступа к вакцинам и медицинским средствам; сотрудничество для решения проблем глобальной ликвидности, продовольственной безопасности и реструктуризации долгов.

*Источник: Международный валютный фонд, «Перспективы развития мировой экономики: война задерживает глобальное восстановление», Глава 4 и вставки главы (Апрель 2022).*

### 2021. London.

### 2021. London.

### References by topic

- Safety and macroeconomic models
  - Caballero, Ricardo J., and Emmanuel Farhi. 2014. “The Safety Trap.” NBER Working Paper 19927 National Bureau of Economic Research, Cambridge, MA.
  - Eggertsson, Gauti B., Neil R. Mehrotra, and Jacob A. Robbins. 2019. “A Model of Secular Stagnation: Theory and Quantitative Evaluation.” American Economic Journal: Macroeconomics 11 (1): 1–48.

- Global value chains and supply chains
  - Casella, Bruno, Richard Bolwijn, Daniel Moran, and Keiichiro Kanemoto. 2019. “Improving the Analysis of Global Value Chains: The UNCTAD-Eora Database.” Transnational Corporations 26(3). United Nations, New York and Geneva.
  - Celasun, Oya, Niels-Jakob H. Hansen, Aiko Mineshima, Mariano Spector, and Jing Zhou. 2022. “Supply Bottlenecks: Where, Why, How Much, and What Next?” IMF Working Paper 22/31, International Monetary Fund, Washington, DC.
  - Goldman Sachs. 2021. “Supply Chains, Global Growth, and Inflation.” Global Economics Analyst (September).

- Energy outlook and climate policy
  - International Energy Agency (IEA). 2021a. World Energy Outlook 2021. Paris.
  - International Energy Agency (IEA). 2021b. “Net Zero by 2050: A Roadmap for the Global Energy Sector.” Paris.
  - IEA (2021c). World Energy Outlook 2021. International Energy Agency. Paris, France.
  - International Energy Agency (2021). World Energy Outlook
  - Chateau, J., F. Jaumotte, and G. Schwerhoff. Forthcoming. “Economic and Environmental Benefits of International Cooperation on Climate Policies.” IMF Research Department Paper, International Monetary Fund, Washington, DC.
  - Harstad, Bard. 2012. “A Case for Supply-Side Environmental Policy.” Journal of Political Economy 120 (1): 77–115.
  - Hoel, Michael. 1994. “Efficient Climate Policy in the Presence of Free Riders.” Journal of Environmental Economics and Management 27 (3): 259–74.

- Labor markets and demographics
  - Duval, Roman, Yi Ji, Longji Li, Myrto Oikonomou, Carlo Pizzinelli, Ippei Shibata, Alessandra Sozzi, and Marina M. Tavares. 2022. “Labor Market Tightness in Advanced Economies.” IMF Staff Discussion Note SDN/2022/001)
  - Goodhart, Charles, and Manoj Pradhan. 2020. The Great Demographic Reversal: Ageing Societies, Waning Inequality, and an Inflation Revival. Cham, Switzerland: Palgrave Macmillan.

- Neutral interest rates and long-run trends
  - Grigoli, Francesco, Josef Platzer, and Robin Tietz. Forthcoming. “A Long-Run View on the Determinants of Neutral Interest Rates.”

- Global debt and macro risks
  - Gaspar, Medas, and Perrelli, 2021, Global Debt Reaches a Record $226 Trillion, IMF blog, https:// blogs .imf .org/ 2021/ 12/ 15/ global -debt -reaches -a   -record -226 -trillion/ .

- Methodology and databases
  - Casella, Bruno, Richard Bolwijn, Daniel Moran, and Keiichiro Kanemoto. 2019. “Improving the Analysis of Global Value Chains: The UNCTAD-Eora Database.” Transnational Corporations 26(3). United Nations, New York and Geneva.

### Key exact citations and identifiers

- NBER Working Paper 19927
- IMF Working Paper 22/31
- IMF Staff Discussion Note SDN/2022/001
- "$226 Trillion" (as cited in Gaspar, Medas, and Perrelli, 2021)
- American Economic Journal: Macroeconomics 11 (1): 1–48
- Journal of Political Economy 120 (1): 77–115
- Journal of Environmental Economics and Management 27 (3): 259–74

*Source: textr - 2021. London.*

### 2021. Paris.

### textr - 2021. Paris.

### Частный долг и восстановление мировой экономики — основные выводы
- Накопление долга во время пандемии:
  - В 2020 году рост мирового долга частного сектора (13 percent ВВП) происходил по широкому фронту и был почти равен по объему приросту государственного долга.
  - В странах с развитой экономикой прирост частного долга был наибольшим, но между странами наблюдались значительные различия.
- Оценки воздействия на рост:
  - Согласно межстрановым оценкам, замедление будущего роста ВВП в странах с развитой экономикой составит в общей сложности 0,9 процента в течение следующих трех лет.
  - В странах с формирующимся рынком — 1,3 процента в течение следующих трех лет (Китай исключён из этого агрегированного анализа).
- Неоднородность и уязвимости:
  - Накопление долга наиболее заметно среди уязвимых компаний (высокая доля заемных средств, дефицит ликвидности, низкая рентабельность) в наиболее пострадавших отраслях.
  - Рост долга домашних хозяйств в среднем был ниже, но в ряде стран задолженность была значительной среди домашних хозяйств с низким доходом.
  - В наиболее пострадавших отраслях доля компаний с коэффициентом процентного покрытия менее 1 не вернулась к довоенному уровню.
- Связь частного и государственного долга:
  - В 2020 году государственный долг увеличился почти на 15 percent ВВП.
  - В отношении условных требований и гарантий значительной части накопленного частного долга сохраняется неопределённость.

### Механизмы передачи и количественные оценки
- Межстрановые панельные оценки:
  - Избыточный рост кредитования домашних хозяйств на 1 процентный пункт приводит к снижению частного потребления на 0,5 percent в странах с развитой экономикой и на 2 percent в странах с формирующимся рынком через пять лет.
  - Избыточный рост кредитования нефинансовых организаций оказывает аналогичное воздействие на инвестиции.
- Чувствительность к бюджетной позиции:
  - В странах с ограниченным бюджетным пространством сокращение частных и государственных займов, происходящее одновременно, может усилить замедление роста; в странах с формирующимся рынком с самой слабой бюджетной позицией совокупное снижение объёма производства может достигать до 9 percent в течение трёх лет (оценка для нижнего квартиля бюджетной позиции).
- Эффекты ужесточения монетарной политики:
  - Непрогнозируемое ужесточение денежно-кредитной политики на 100 базисных пунктов приводит к сокращению инвестиций компаний с высоким уровнем заемных средств в общей сложности на 6½ процентного пункта в течение двух лет — на 4 процентных пункта больше, чем у компаний с низким уровнем заемных средств.

### Рекомендации по экономической политике (долг и восстановление)
- При прогнозировании и разработке политики учитывать распределение долга (между домохозяйствами и компаниями) и его концентрацию среди уязвимых субъектов.
- В странах, где восстановление идёт полным ходом и финансовое положение частного сектора устойчиво, бюджетную поддержку можно сокращать быстрее, помогая работе центрального банка.
- В других случаях:
  - Оказывать адресную бюджетную поддержку в рамках внушающей доверие среднесрочной бюджетной основы для снижения риска дестабилизации и долгосрочного ущерба.
  - Рассмотреть меры по повышению доходов (повышение соблюдения налоговых норм; реформы по модернизации налогообложения предприятий); возможный временный рост налога на доходы корпораций для охвата сверхприбыли, возникшей в связи с пандемией.
- Усиление нормативно-правовых средств реструктуризации и несостоятельности для быстрого перераспределения капитала; при ограниченной адресности программ реструктуризации — разработать эффективные и минимизирующие моральный риск схемы помощи домохозяйствам.

---

### Балансы домохозяйств и компаний — ключевые факты
- Домашние хозяйства:
  - Чистая стоимость активов мира: в среднем увеличилась с 225 percent ВВП (PPP) в 1995 году до более чем 360 percent ВВП (PPP) в 2020 году.
  - Задолженность домашних хозяйств резко возросла в 2020 году вследствие увеличения заимствований и снижения доходов; этот рост сопровождался значительным увеличением финансовых активов.
  - По странам и по децилям доходов изменения в задолженности сильно различались: в Китае средний рост составил 5,7 percent годового дохода, в Южной Африке — 4,5 percent годового дохода; в США среди домохозяйств с доходом ниже $15,000 прирост превысил 10 percent их дохода.
- Компании (нефинансовые организации):
  - Сильное отраслевое расхождение: наиболее пострадавшие отрасли — потребительские услуги, транспорт, автомобили и комплектующие; выигравшие отрасли — полупроводники, ПО и ИТ-услуги, фармацевтика, медицинское оборудование.
  - Доля заемных средств и чистый долг выросли в наиболее пострадавших секторах; эта концентрация уязвимых компаний (коэффициент процентного покрытия < 1, верхний терциль по доле долга к активам и нижний терциль по норме прибыли на активы) была выше, чем во время мирового финансового кризиса.
  - Государственные кредитные гарантии охватили значительную долю нового кредитования в ряде стран (например, примерно 20 percent новых кредитов в Германии до 100 percent в Японии в рамках объявленных схем до определённого предела).

---

### «Зеленое» преобразование, рынок труда и политика — основные выводы
- Измерения и распределение:
  - Экологические характеристики рабочих мест рассматриваются через три показателя: «экологическая интенсивность» (доля задач, благоприятных для экологии), «интенсивность загрязнения» (доля загрязняющих задач) и «интенсивность выбросов» (тонн CO2 на одного работника).
  - В выборке стран средняя экологическая интенсивность профессий обычно от 2 до 3 percent (средняя по занятости), средняя интенсивность загрязнения — от 2 до 6 percent.
  - Средняя интенсивность выбросов на работника в медианной стране выборки в 2015 году порядка восьми тонн CO2 на одного работника.
  - Большая часть рабочих мест нейтральна (оба индекса равны нулю); повышенные уровни экологической интенсивности и загрязнения сосредоточены в небольшой подгруппе работников.
- Доступность «зеленых» рабочих мест и характеристики работников:
  - Высококвалифицированные работники и работники в городах, как правило, имеют профессии с большей экологической интенсивностью и меньшей интенсивностью загрязнения.
  - Даже с учётом квалификации среднее «зелёное» рабочее место приносит доход почти на 7 percent выше по сравнению с загрязняющим рабочим местом.
- Динамика переходов:
  - В среднем около 8 percent работников в год в выборке переходят на новую работу, имея работу; примерно 52 percent безработных находят работу в текущем году; ежегодно примерно 6 percent работников увольняются.
  - Вероятность перехода с загрязняющего на более «зелёное» рабочее место составляет от 4 до 7 percent; с нейтрального на «зелёное» — от 9 до 11 percent. Переходы на «зелёные» места затруднены, особенно для работников с низкой квалификацией.
- Эффекты экологической политики:
  - Эмпирические оценки: переход страны из 25-го в 75-й процентиль по строгости экологической политики ассоциирован с повышением средней экологической интенсивности занятости примерно на 2 percent и снижением интенсивности загрязнения и интенсивности выбросов примерно на 4 и 6 percent соответственно.
  - Политика на рынке труда и структурные особенности влияют на эффективность экологической политики: меры, снижающие стимулы к перераспределению (щедрая поддержка сохранения рабочих мест, более высокие выплаты по страхованию от безработицы), ослабляют эффект «озеленения».
- Модельные сценарии и набор мер политики:
  - Компоненты рекомендуемого набора: активизация «зелёных» инвестиций и R&D (начиная 2023 года), поэтапное введение адвалорного налога на выбросы углерода (начиная 2023 года с постепенным ростом, усиление с 2029 года), целенаправленная программа подготовки кадров (с 2023 года), налоговый зачет за заработанный доход (НЗЗД) (начиная 2029 года). В странах с высокой долей неформальной занятости НЗЗД следует дополнять денежными трансфертами.
  - Иллюстрации (модель):
    - Представительная страна с развитой экономикой: при реализации набора мер ожидается перераспределение примерно 1 percent занятого населения в сектор с более низкой интенсивностью выбросов в течение 10 лет; совокупная занятость растёт примерно на 0,5 percent; доходы низкоквалифицированных работников после уплаты налогов повышаются (за счёт подготовки кадров и НЗЗД), сокращая неравенство.
    - Представительная страна с формирующимся рынком: ожидаемое перераспределение примерно 2,5 percent занятого населения в течение 10 лет; для поддержания доходов может потребоваться применение трансфертов; набор мер также приводит к росту доходов низкоквалифицированных работников, снижая неравенство.
  - Модель учитывает, что:
    - Активизация «зелёных» инвестиций может первоначально задерживать перераспределение (поскольку инвестиционные товары требуют поставок из сектора с высокой интенсивностью выбросов).
    - Налог на выбросы служит ценовым сигналом и стимулирует перераспределение.
    - Программы подготовки кадров повышают производительность низкоквалифицированных работников в секторе с пониженной интенсивностью выбросов, облегчая найм.

### Рекомендации по политике для «зелёного» перехода
- Комбинировать:
  - Стимулы спроса и инвестиций в «зелёную» инфраструктуру и R&D;
  - Поэтапное введение цен на углерод;
  - Целенаправленные программы подготовки кадров для низкоквалифицированных работников;
  - НЗЗД (и в странах с высокой долей неформальной занятости — дополнительные денежные трансферты).
- Снижение барьеров для перераспределения рабочей силы (своевременное свёртывание мер по сохранению рабочих мест по мере перехода из пандемии в эндемию).
- Уделять внимание региональной политике и программам поддержки в регионах, где преобладают загрязняющие отрасли.

---

### Мировая торговля и глобальные цепочки добавленной стоимости (ГЦДС) во время пандемии — ключевые выводы
- Фактические изменения торговли в ранней фазе пандемии:
  - В II квартале 2020 года объём мировой торговли товарами снизился на 12,2 percent относительно I квартала 2018 (нормализация индекса), а торговля услугами — на 21,4 percent по сравнению с IV кварталом 2019 года (см. индексы).
  - Экспорт товаров, тесно вовлечённых в ГЦДС, упал на 30 percent в период января–апреля 2020 года; экспорт других видов товаров снизился примерно на 18 percent за тот же период.
- Структура объяснений: традиционные факторы недостаточны
  - Стандартная модель импорта (рост внутреннего спроса и относительные цены), калиброванная на 1985–2019 гг., хорошо прогнозировала общий импорт в прошлые рецессии, но в 2020 году:
    - Модель прогнозировала снижение импорта товаров примерно на 10 percent, тогда как фактическое снижение составило 6 percent.
    - Модель прогнозировала снижение импорта услуг примерно на 8 percent, тогда как фактическое снижение составило 25 percent.
  - Ошибки прогнозирования 2020 года беспрецедентны по размеру и коррелировали с характерными для пандемии факторами.
- Характерные для пандемии факторы:
  - В странах с более тяжёлым распространением COVID-19, более строгими мерами сдерживания и более значительным падением мобильности наблюдался относительно более высокий «избыточный» импорт товаров (импорт товаров оказался выше, чем предсказывала модель), тогда как «недостающий» импорт услуг был более выражен там, где значительна доля импорта услуг, связанных с поездками.
  - Готовность систем здравоохранения торговых партнёров была связана с меньшим, чем прогнозировался, снижением импорта — свидетельство международных вторичных эффектов.
- Международные вторичные (supply-side) эффекты:
  - Меры самоизоляции в странах — торговых партнёрах действовали как шоки предложения для импорта страны-импортёра.
  - В первой половине 2020 года до 60 percent отмечавшегося в отдельной стране снижения импорта в среднем объяснялось режимами самоизоляции в странах — торговых партнёрах.
  - Вторичные эффекты были сильнее в отраслях, тесно вовлечённых в ГЦДС, и в перерабатывающих отраслях ближе к конечному пользователю, чем в сырьевых отраслях.
  - Возможность дистанционной работы в странах-партнёрах смягчала вторичные эффекты; влияние вторичных эффектов уменьшалось со временем, указывая на адаптацию ГЦДС.
- Политические следствия для устойчивости цепочек поставок:
  - Массовое репатриирование производства в страны с развитой экономикой (reshoring) скорее всего ошибочно как стратегия повышения устойчивости.
  - Более действенные меры укрепления устойчивости:
    - Диверсификация географии источников вводимых ресурсов (снижение доли внутренних поставщиков);
    - Повышение заменяемости вводимых ресурсов между странами (упрощение переключения поставок);
    - Снижение информационной асимметрии о цепочках поставок (государственные и частные усилия);
    - Инвестиции в торговую и цифровую инфраструктуру, сокращение торговых издержек и уменьшение неопределённости экономической политики.
  - Для смягчения вторичных эффектов будущих шоков, связанных с распространением COVID-19, важна массовая вакцинация и повышение готовности здравоохранения.

*Источник: Международный валютный фонд, глава(ы) из документа textr - 2021. Paris., PDF (апрель 2022 материалы на русском из оглавления главы 2–4).*

### 2022. Heise, 2020, также отмечает почти 50-процентное снижение

### Мировая торговля и цепочки добавленной стоимости во время пандемии

### Вторичные эффекты самоизоляции
- Heise, 2020, также отмечает почти 50-процентное снижение импорта из Китая в США в марте 2020 года по сравнению с январем 2020 года, когда были временно закрыты предприятия; после чего импорт восстановился в апреле 2020 года.
- По данным Lafrogne-Joussier, Martin, and Mejean, 2021, французские предприятия, получавшие комплектующие из Китая перед введением мер самоизоляции, столкнулись с сокращением импорта в период с февраля по апрель 2020 года, которое оказалось на 7 процентов больше, чем у компаний, получавших сырье из других стран.
- Эмпирическая спецификация двустороннего импорта: M_m,e,i,t = g(β Stringency Index_e,t + δ Controls_m,e,t + α_m,e,i + γ_m,i,t + ε_m,e,s,t).  
  - Оксфордский индекс строгости (Stringency Index_e,t) имеет диапазон от 0 до 100 и учитывает восемь порядковых показателей сдерживания и закрытия и один показатель разъяснительных кампаний.
  - Оценочный коэффициент для взвешенной регрессии изменения импорта (II кв. 2020 г. и IV кв. 2019 г. относительно Оксфордского индекса) равен –0,015 (t-stat = –2,44), указывая на статистически значимое негативное влияние строгости мер на импорт.

### Неоднородность эффектов и адаптация ГЦДС
- Вторичные эффекты были:
  - более чем вдвое сильнее в случаях стран, чьи партнеры по экспорту имели низкий потенциал для удаленной работы (разделение выборки по нижнему и верхнему квартилям распределения доли дистанционной работы).
  - более заметны в отраслях с высокой долей участия в ГЦДС, особенно в электронной промышленности (в отличие от отраслей с низкой долей участия в ГЦДС).
  - сильнее в отраслях на последующих стадиях цепочки поставок; повышение индекса положения в цепочке поставок на одно стандартное отклонение снижает почти на одну треть обусловленный самоизоляцией вторичный эффект на поставки.
- Адаптация:
  - Вторичные эффекты носили, как правило, кратковременный характер и смягчались по мере накопления опыта в ведении хозяйственной деятельности в условиях ограниченной мобильности — в 2021 году в условиях самоизоляции импорт сократился намного меньше, чем в 2020 году.
  - Вставка 4.3 (данные Франции): воздействие самоизоляции на экспорт компаний, продающих готовые потребительские товары (перерабатывающие компании), было почти в девять раз сильнее, чем на экспорт компаний, продающих промежуточные ресурсы (добывающие компании).
  - Более высокий уровень автоматизации связан с повышенной устойчивостью: воздействие на экспорт было почти на 67 процентов сильнее для компаний с меньшим уровнем автоматизации.

### Устойчивость ГЦДС и изменение долей рынка
- В целом торговля товарами оказалась устойчивой: несмотря на резкий первоначальный спад, последовало быстрое восстановление, с исключением некоторых отраслей (особенно автомобильной промышленности).
- Региональные сдвиги в долях рынка в 2020 году:
  - К июню 2020 года страны «азиатского конвейера» увеличили свою долю на рынке продукции с высокой долей участия в ГЦДС в странах «европейского конвейера» на 4,6 процентного пункта и в странах «североамериканского конвейера» — на 2,3 процентного пункта.
  - По данным до июня 2021 года эти сдвиги сократились на этапе восстановления, что указывает на временный характер изменений долей рынка.
- Тем не менее узкие места и перебои сохранялись: издержки на транспортировку росли до сентября 2021 года, затем начали умеренно снижаться; сроки доставки увеличились в 2021 году; некоторые порты оставались перегружены.

### Политика для повышения устойчивости: диверсификация и заменяемость (модель Bonadio et al., 2021)
- Модель охватывает 64 страны и 33 отрасли, включает торговлю промежуточными товарами и услугами, постоянную отдачу от масштаба и репрезентативные предприятия в каждой отрасли.
- Сценарии моделирования:
  - Дестабилизация поставок в одной крупной стране-поставщике (шок, откалиброванный под Китай): шок эквивалентен сокращению предложения рабочей силы примерно на 25 процентов (в тексте округлено до 25 процентов), что в базовом случае приводит к падению ВВП среднестатистической страны на 0,8 процента.
  - Сценары с многими странами и корреляцией шоков исследуются бутстрепом на основе годовых данных Penn World Table (средняя парная корреляция между шоками составляет 25 процентов).
- Диверсификация:
  - В среднем в странах западного полушария компании получают 82 процента промежуточных ресурсов от внутренних поставщиков; эталонное значение равно 31 проценту — свидетельство существенного предпочтения внутренних источников и наличия возможностей для международной диверсификации.
  - Повышение диверсификации (сокращение доли внутренних источников примерно вдвое) почти вдвое сокращает потери ВВП в сценарии со шоком в крупном поставщике: при базовом уровне диверсификации снижение ВВП в среднем стране составляет 0,8 процента; в сценарии высокой диверсификации сокращение ВВП уменьшается почти вдвое.
  - Расширение диверсификации за счет сокращения торговых издержек: сокращение на четверть издержек торговли промежуточной продукцией приводит к снижению индекса Херфиндаля на 4 процентных пункта по сравнению с фактическим уровнем в 60 процентов.
- Заменяемость:
  - Моделируется путем увеличения эластичности замещения промежуточных ресурсов из разных стран с 0,5 до 2,0 (диапазон, установленный Feenstra et al., 2018 и используемый для проверки краткосрочно-долгосрочной сравнимости).
  - Результат: при более высокой заменяемости потери ВВП стран, не являющихся источником шока, уменьшаются примерно на четыре пятых по сравнению с базовым сценарием.
- Ограничения:
  - Преимущества диверсификации и заменяемости уменьшаются при широком распространении шоков и высокой их корреляции; при чрезвычайно высокой корреляции диверсификация практически не защищает.
  - Модель не учитывает управление товарно-материальными запасами и не включает все реальные издержки диверсификации и повышения заменяемости на уровне фирм (например, постоянные издержки на установление новых отношений с поставщиками).

### Ключевые эмпирические и модельные величины
- Коэффициент регрессии изменения импорта относительно индекса строгости мер: –0,015 (t-stat = –2,44).
- Оксфордский индекс строгости: диапазон от 0 до 100.
- Пример шока, использованного в модели: сокращение рабочей силы в крупной стране-поставщике на 25 процентов (эквивалент дестабилизации, откалиброванной под Китай).
- В среднем в странах западного полушария: 82 процента промежуточных ресурсов от внутренних поставщиков; эталонное значение концентрации мирового производства — 31 процент.
- Повышение эластичности замещения с 0,5 до 2,0 моделируется как путь к большей заменяемости.
- Расширение диверсификации снижает волатильность ВВП на 5 процентов при коррелированных шоках (средняя парная корреляция 25 процентов).
- Сокращение торговых издержек на 25 процентов снижает индекс Херфиндаля географической концентрации на 4 процентных пункта от исходного уровня 60 процентов.

### Рекомендации политики
- Совершенствование инфраструктуры:
  - Модернизация портовой инфраструктуры на ключевых глобальных транспортных направлениях для ослабления узких мест в мировой логистике.
- Устранение информационных пробелов:
  - Государства могут содействовать заполнению пробелов информации о цепочках поставок (например, картирование цепочек поставок с использованием цифровизации документооборота и НДС-данных), что поможет фирмам проводить стресс-тесты и выявлять уязвимости.
- Снижение торговых издержек:
  - Сокращение нетарифных барьеров и уменьшение неопределенности торговой политики с целью стимулирования диверсификации источников промежуточной продукции.
- Денежно-кредитная политика и финансовая стабильность:
  - Центральным банкам следует принимать меры, чтобы не допустить закрепления инфляционного давления и предотвратить потерю контроля над инфляционными ожиданиями; прозрачная и основанная на данных коммуникация крайне важна.
  - Страны с формирующимся рынком и развивающиеся страны должны подготовиться к возможному оттоку капитала и использовать инструменты (валютные интервенции, меры по управлению потоками капитала) в соответствии с институциональными рамками.
- Макропруденциальная политика:
  - Усиление макропруденциальных инструментов в странах с повышенной уязвимостью, при этом избегая процикличности и неупорядоченного ужесточения.
- Международное сотрудничество:
  - Сотрудничество необходимо для решения проблем глобальной ликвидности, продовольственной безопасности, реструктуризации долгов и завершения пандемии; многослойный многосторонний подход к обеспечению справедливого и широкого доступа к вакцинам и медицинским средствам.

*Источник: Международный валютный фонд, «Перспективы развития мировой экономики: война задерживает глобальное восстановление», Глава 4 и вставки главы (Апрель 2022).*

---


_Source: https://www.imf.org/-/media/files/publications/weo/2022/april/russian/textr.pdf_