Долговременное пагубное воздействие COVID: социальные последствия пандемии

3 февраля 2021 г.

(Рисунок: Stefan Lipsky/IMF)

(Рисунок: Stefan Lipsky/IMF)

В 1832 году в Париже вспыхнула масштабная пандемия холеры. Всего за несколько месяцев в городе, насчитывавшем 650 тысяч жителей, болезнь унесла жизни 20 тысяч человек. Большинство жертв пришлось на самый центр города, где в нищенских условиях проживали многие бедные работники, приехавшие в Париж вслед за Промышленной революцией. Распространение болезни усилило классовые противоречия: богатые обвиняли бедных в распространении болезни, а бедные считали, что их отравляют. В скором времени объектом неприязни и негодования стал непопулярный король. Похороны генерала Ламарка — погибшего от пандемии защитника народных интересов — спровоцировали массовые антигосударственные демонстрации, организованные на перегороженных баррикадами улицах; эти сцены навечно запечатлены в романе Виктора Гюго «Отверженные». Историки полагают, что эпидемия в сочетании со сложившимися к тому времени противоречиями послужила основной причиной события, впоследствии названного Парижским восстанием 1832 года, которое, в свою очередь, может объяснить последовавшие за этим репрессии со стороны властей и народные протесты во французской столице в XIX веке.

Начиная с Юстинианской чумы  и  «Черной смерти» до эпидемии «испанского» гриппа 1918 года, история изобилует примерами вспышек заболеваний, которые влекут за собой долговременные пагубные социальные последствия, порождающие новую политику, подрывающие социальные устои, а иногда вызывающие социальные волнения. Почему так происходит? Одна из возможных причин заключается в том, что эпидемия может вскрывать или усугублять назревшие к тому моменту социальные проблемы, такие как, например, недостаточно развитая система социальной защиты, недоверие к институциональным основам или воспринимаемое безразличие, некомпетентность или коррупция во властных структурах. Истории известны примеры, когда вспышки инфекционных заболеваний также приводили к недовольству на этнической или религиозной почве или усугубляли классовую напряженность.

Несмотря на многочисленные примеры, количественных доказательств связи между эпидемиями и социальными волнениями немного, и они носят характер отдельных эпизодов. Проведенное недавно сотрудниками МВФ исследование  восполняет этот пробел, предъявляя доказательства такой связи во всем мире за последние десятилетия.

Основная трудность изучения социальных волнений заключается в установлении времени, когда такие события происходят. Несмотря на наличие источников информации о протестах, многие из них носят несистематический характер или обладают недостаточным охватом. Для устранения этих недостатков в опубликованном недавно Научном докладе сотрудников МВФ используется индекс, оценивающий освещение социальных волнений в прессе, — Индекс сообщений о социальных волнениях (RSUI). Этот индекс служит упорядоченным ежемесячным показателем социальных волнений в 130 странах с 1985 года по настоящее время. Резкие скачки индекса очень тесно увязаны с описанием волнений на примере ряда практических случаев; это указывает на то, что индекс отражает реальные события, а не смену настроений или переключение внимания средств массовой информации.

На основании этого индекса сотрудники МВФ делают вывод о том, что страны, страдающие от более частых и серьезных эпидемий, в среднем, сталкиваются с более серьезными социальными волнениями.

Эпидемии и социальные волнения

Во время пандемии и непосредственно после нее эффекты «социальных шрамов» в виде волнений могут проявиться не сразу. Так, в результате гуманитарных кризисов, как правило, нарушается работа служб связи и транспорта, необходимых для организации масштабных протестов. Более того, в трудные времена общественное мнение, возможно, склоняется в пользу социальной сплоченности и солидарности. В некоторых случаях находящийся у власти режим может воспользоваться чрезвычайным положением для консолидации власти и подавления инакомыслия. До сих пор опыт COVID-19 соответствует таким тенденциям, отмечавшимся в прошлом. Так, число серьезных волнений во всем мире снизилось до минимального уровня за почти пять лет. Заметными исключениями являются США и Ливан, но даже в этих странах наиболее серьезные протесты связаны с проблемами, которые могут потенциально усугубиться, но напрямую не вызваны COVID-19.

COVID-19, социальные волнения и мобильность

Однако, если не ограничиваться исключительно краткосрочными последствиями, то риск социальных волнений резко повышается в более долгосрочной перспективе. Используя информацию о видах волнений, сотрудники МВФ в своем исследовании рассматривают форму, которую обычно приобретают волнения после пандемии. Этот анализ показывает, что со временем риск протестов и антиправительственных демонстраций повышается. Более того, в исследовании приводятся доказательства усиления риска глубокого государственного кризиса, угрожающего свержением власти, который, как правило, происходит в течение двух лет после серьезной эпидемии.

Если история служит предсказанием будущего, то по мере ослабления пандемии волнения могут возобновиться. Угрозы могут оказаться более серьезными в тех случаях, когда во время кризиса усугубляются существовавшие до этого проблемы , такие как недоверие к институциональным структурам, низкое качество государственного управления, бедность или неравенство.

Эта статья впервые была опубликована в сборнике Перспективы исследований МВФ.

*****

Филип Барретт — экономист Исследовательского департамента МВФ. С момента поступления на работу в МВФ в 2016 году он работал в Департаменте по бюджетным вопросам и в Департаменте стран Ближнего Востока и Центральной Азии, где занимался Афганистаном и Ираном. В сферу его научных интересов входят налогово-бюджетная политика, социальные волнения и изменение климата. Он имеет докторскую степень Университета Чикаго.

София Чен — экономист Исследовательского департамента МВФ. До этого она работала экономистом в Европейском департаменте, где она занималась Кипром. Среди ее научных интересов — макро-финансовые связи, банковский сектор, корпоративные финансы и налогово-бюджетная политика. Она имеет докторскую степень по экономике Мичиганского университета.

Нан Ли — старший экономист Департамента стран Африки МВФ и соредактор Экономического обзора МВФ. Основными областями ее научных интересов являются международные финансы, торговля и экономический рост. До этого она работала в Исследовательском департаменте и в Институте профессионального и организационного развития МВФ, а также занимала должность доцента в Университете штата Огайо. Ее работы публикуются в разных научных журналах; она имеет докторскую степень по экономике Стэнфордского университета.