Достичь чистого нулевого уровня выбросов

(Фото: Tamara Merion/IMF Photos)

(Фото: Tamara Merion/IMF Photos)

22 июля 2021 г.

Усилия по борьбе с изменением климата набирают обороты. За период после заключения Парижского соглашения 2015 года страны усилили меры по борьбе с изменением климата, а многие приняли на себя обязательства по достижению чистого нулевого уровня выбросов к 2050 году. Это означает, что любые дополнительные выбросы углерода будут полностью нейтрализованы за счет изъятия углеродных выбросов из атмосферы.

Однако углеродный бюджет или максимальный допустимый объем выбросов для сдерживания роста глобальной температуры на уровне существенно ниже 2°C, быстро истощается. Если эта важнейшая цель не будет достигнута, то участившиеся серьезные стихийные бедствия, снижение производительности сельского хозяйства и повышение уровня моря будут становиться все более привычными явлениями.

В нашем опубликованном недавно Справочном документе к заседанию Группы 20-ти  по политике в отношении климата мы подробно описываем меры политики и, прежде всего, объем инвестиций, необходимые в течение следующих 5 — 10 лет для достижения чистого нулевого уровня выбросов к 2050 году благоприятным для экономического роста образом. Стратегия включает три компонента: установление тарифов за выбросы углерода; план «зеленых» инвестиций; и меры, обеспечивающие справедливый переход к безуглеродной экономике.

Установление тарифов за выбросы углерода. Тарифы за выбросы углерода, которые могут приобретать форму углеродного налога или схем торговли квотами на выбросы (или эквивалентных мер, таких как отраслевые нормы), являются ключевыми элементами стратегии декарбонизации. Что касается «зеленых» инвестиций и поддержки НИОКР, то этих мер едва ли будет достаточно для достижения чистого нулевого уровня выбросов к середине столетия. Тарифы за выбросы углерода, повышающие стоимость углеродоемких видов энергии, создают стимулы для перехода на более чистые виды топлива и повышения энергоэффективности. В отличие от такого подхода, увеличение предложения чистых источников энергии само по себе, как правило, ведет к снижению стоимости энергии, но не создает достаточных стимулов для повышения энергоэффективности, а это затрудняет достижение цели чистого нулевого уровня выбросов.

Как показывает наш анализ, если меры по установлению тарифов на выбросы углерода будут отложены на 10 лет, то это, скорее всего, обернется весьма существенным отставанием от цели достижения чистого нулевого уровня выбросов к середине столетия, поскольку к тому времени цены, необходимые для достижения этой цели, не позволят этого сделать. Такое промедление, в отличие от оперативного введения тарифов на выбросы углерода, приведет к повышению температуры и может потенциально нанести необратимый климатический и экономической ущерб. Соглашение о минимальном тарифе на выбросы углерода между странами, на которые приходится наибольшая доля выбросов, предусматривающее дифференциацию тарифов в зависимости от уровня развития, в соответствии с недавним предложением сотрудников МВФ , может содействовать установлению тарифов за выбросы углерода. Этого можно будет добиться путем устранения опасений, связанных с тем, что односторонние действия могут подорвать конкурентоспособность предприятий энергоемких отраслей и секторов, связанных с торговлей, и привести к переносу производств в страны с более низкими тарифами.

Опасность промедления

Инвестиции в «зеленую» инфраструктуру. Инвестиции в «зеленую» инфраструктуру играют решающую роль в обеспечении перехода к низкоуглеродной экономике и поддержке мер в ответ на введение тарифов на углеродные выбросы. Радикальная трансформация энергетики потребует увеличения масштаба инвестиций для финансирования перехода от ископаемых к возобновляемым источникам энергии, а также для создания «умных» электросетей, принятия мер в области энергоэффективности и энергоснабжения таких отраслей, как транспорт, здания и сооружения и промышленность. Втечение переходного периода потребуются значительные инвестиции. Например, гражданин, собирающийся приобрести автомобиль, возможно, будет более склонен избрать транспортное средство, работающее на электрическом, а не на бензиновом двигателе, если будут более широко доступны зарядные станции для электромобилей. Инвестиции в НИОКР также являются важным условием: для обеспечения достижимости цели перехода к чистому нулевому уровню выбросов необходим дальнейший технологический прогресс в области низкоуглеродных технологий.

Во многих отраслях для сокращения выбросов потребуются значительные первоначальные инвестиции, связанные с необходимостью создания новой инфраструктуры, однако в дальнейшем они окупятся снижением текущих затрат ввиду сокращения потребления топлива. Например, установление солнечных батарей для энергоснабжения водяного насоса в сельской местности предполагает первоначальные новые затраты, но при этом энергия солнца бесплатна. Инвестиции, направленные на улучшение энергоэффективности, следуют аналогичной траектории. В результате динамика инвестиций имеет дугообразный характер — в первые 20 лет инвестиции растут, после чего их уровень опускается до отмечаемых за последнее время значений.

Начальные инвестиции

Согласно оценкам, для смягчения изменения климата в ближайшее десятилетие потребуется дополнительно от 6 до 10 триллионов долларов США государственных и частных инвестиций. Это составляет примерно 6-10 процентов совокупного мирового ВВП в год.

Согласно данным Международного энергетического агентства, как ожидается, около 30 процентов дополнительных инвестиций в среднем в мире будет обеспеченно за счет государственных источников, что составляет 2-3 процента совокупного годового ВВП за десятилетие с 2021 по 2030 годы. Остальные 70 процентов предоставит частный сектор.

Что касается государственных средств, то пакеты государственных бюджетных средств в поддержку восстановления после пандемии COVID-19 представляют собой уникальную возможность для инвестиций в низкоуглеродную экономику в течение переходного периода. По мере завершения этапа восстановления государствам также следует переходить к более комплексной системе «зеленого» бюджетирования, и анализировать выделяемые из бюджета «углеродные» и «зеленые» стимулы, а также содействовать увязыванию бюджетов с определяемыми на национальном уровне вкладами и целями, сформулированными в Парижском соглашении.

Государства также могут помочь мобилизовать капитал частного сектора путем улучшения условий для инвестиций, помощи в разработке портфеля готовящихся проектов, приемлемых для банковского финансирования, и эффективного использования международного государственного финансирования для сокращения воспринимаемых рисков и снижения высокой стоимости капитала (последнее соображение особенно касается стран с формирующимся рынком и развивающихся экономик). Меры в области финансового сектора, такие как требования раскрытия климатических рисков и создания общей классификации «углеродных» и «зеленых» активов, также станут решающим условием направления финансовых потоков в сторону устойчивых инвестиций.

Справедливый переход. Справедливый переход сочетает в себе как национальный, так и международный аспекты. Что касается национального аспекта, то государствам необходимо разрабатывать меры для помощи в покрытии растущих затрат на электроэнергию тем домохозяйствам, которые уже с трудом обеспечивают собственные базовые потребности. Такие меры следует распространить на шахтеров и других работников и населенные пункты, средства к существованию которых зависят от углеродоемких отраслей. Что касается международного аспекта, то финансовая поддержка потребуется развивающимся странам, которые, как ожидается, столкнутся с более высокими издержками при переходе к низкоуглеродной экономике, не имея при этом значительных средств для финансирования такого перехода.

Страны, на долю которых приходится наибольший объем углеродных выбросов, такие как Китай, ЕС, Япония, Южная Корея и США, приняли на себя обязательства достичь чистого нулевого уровня выбросов к середине столетия. Этопозволит сократить большую долю мирового объема выбросов, а также получить технологические и стратегические решения, позволяющие упростить и повысить финансовую доступность такого перехода для других стран, которые последуют их примеру. Между тем без глобальной политики в области климата страны, на долю которых сегодня приходится небольшой объем выбросов, превратятся в серьезные источники загрязнения атмосферы по мере роста численности их населения и доходов. К таким странам также относятся государства, которые нередко более серьезно страдают от воздействия изменения климата и с большим трудом могут покрыть издержки, связанные с переходом к новой экономике из-за быстрорастущих потребностей в энергетике и сокращения бюджетного пространства для финансирования «зеленых» инвестиций.

Финансирование климатически значимой деятельности — инвестиций в сокращение выбросов в странах с развивающейся экономикой — позволит обеспечить более равномерное распределение нагрузки и помочь мировой экономике достичь чистого нулевого уровня выбросов. Многие страны с развивающейся экономикой готовы повысить свои определяемые на национальном уровне вклады при условии получения финансирования на нужды климатически значимой деятельности. Учитывая, что во многих случаях именно страны с формирующимся рынком и развивающиеся экономики располагают наиболее низкозатратными возможностями для смягчения воздействия изменения климата, использование таких возможностей послужит на благо интересов всего мира.

*****

Флоранс Жомотт — заместитель начальника отдела Исследовательского департамента МВФ. Она работала в Отделе надзора на многосторонней основе и Отделе международных экономических исследований Исследовательского департамента МВФ, а также в ряде страновых групп. Ее исследовательская работа сосредоточена на институтах и мерах политики на рынке труда, неравенстве в доходах и макроэкономической теории открытой экономики. Ранее она работала в Экономическом департаменте Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) в Париже. Она получила степень доктора экономических наук от Гарвардского университета.

Грегор Шверхофф — экономист отдела многостороннего надзора Исследовательского департамента МВФ. Предметом его исследований являются различные аспекты климатической политики, с особым акцентом на последствиях установления тарифов за углеродные выбросы для благосостояния. Он перешел на работу в МВФ из Всемирного банка в 2020 году и имеет докторскую степень Боннского университета в Германии.