В чем важность фундаментальной науки для экономического роста?

6 октября 2021 г.

Государственные инвестиции в фундаментальные исследования окупятся.

Пандемия отбросила экономический прогресс на десятилетия назад и нанесла удар по государственным финансам. Для построения лучшего будущего и борьбы с изменением климата необходимо устойчивое финансирование государственных инвестиций в значительном объеме. Ускорение темпов долгосрочного роста и, следовательно, налоговых поступлений является наредкость актуальной задачей.   

Однако какие факторы способны обеспечить долгосрочный рост? Один из важных факторов — это производительность, то есть способность повышать объем производства без увеличения объема ресурсов. В нашем последнем докладе «Перспективы развития мировой экономики» мы подчеркиваем роль инноваций в стимулировании долгосрочного роста производительности. Как ни странно, рост производительности в странах с развитой экономикой замедляется в течение десятилетий, несмотря на стабильный рост числа научно-исследовательских и опытно-конструкторских разработок (НИОКР), служащих индикатором деятельности в области инноваций.  

Наш анализ показывает, что для роста экономики имеет значение состав НИОКР. Мы выяснили, что фундаментальные научные исследования оказывают влияние на большее число отраслей в большем числе стран и напротяжении более длительного времени, чем прикладные исследования (проводимые компаниями НИОКР коммерческой направленности), и что длястран с формирующимся рынком и развивающихся стран особенно важен доступ к иностранным разработкам. Свободная передача технологий, научное сотрудничество между странами и меры политики, обеспечивающие финансирование фундаментальных исследований, могут содействовать таким инновациям, которые необходимы нам для долгосрочного роста.

Изобретения основываются на фундаментальных научных знаниях 

Хотя прикладные исследования играют важную роль в продвижении инноваций на рынок, фундаментальные исследования расширяют базу знаний, необходимую для революционного научного прогресса. Одним из ярких примеров является разработка вакцин от COVID-19, которая позволила не только спасти миллионы жизней, но и ускорить отмену ограничений во многих странах, что в потенциале может обогатить мировую экономику натриллионы долларов. Как и в случае с другими крупными инновациями, при создании вакцин mRNA ученые опирались на накопленные в течение десятилетий знания в различных областях.     

Фундаментальные исследования не привязаны к конкретному продукту или стране и могут сочетаться непредсказуемым образом и использоваться в разных областях. Это значит, что они шире распространяются и дольше сохраняют актуальность, чем прикладные знания. Это наглядно демонстрируется разницей в цитировании научных статей, использованных для фундаментальных исследований, и патентов (прикладные исследования). Цитирование научных статей достигает пика примерно через восемь лет, а патентов — через три года.

Актуальность в течение более длительного периода времени

Вторичные эффекты имеют важное значение для стран сформирующимся рынком и развивающихся стран

Хотя основная доля фундаментальных исследований приходится на страны сразвитой экономикой, наш анализ показывает, что передача знаний между странами является одной из важных движущих сил инноваций, особенно встранах с формирующимся рынком и развивающихся странах.

Страны с формирующимся рынком и развивающиеся страны в гораздо большей степени рассчитывают на иностранные исследования (фундаментальные и прикладные), чем на свои собственные, для обеспечения инновационной деятельности и роста. В странах с прочной системой образования и развитым финансовым рынком предполагаемое воздействие, которое оказывает на рост производительности внедрение иностранных технологий путем торговли, прямых иностранных инвестиций или обучения впроцессе деятельности, является особенно значительным. Таким образом, страны с формирующимся рынком и развивающиеся страны могут обнаружить, что меры политики, направленные на адаптацию знаний, накопленных в других странах, к местным условиям, в большей степени способствуют развитию, чем прямые инвестиции в собственные фундаментальные исследования.   

Вторичные эффекты знаний

Мы оцениваем это путем анализа данных об объеме исследований — показателе знаний, накопленных благодаря расходам на исследования. Какпоказано на графике, увеличение объема фундаментальных знаний, полученных из других стран, на один процентный пункт ведет к росту ежегодного числа патентов в странах с формирующимся рынком иразвивающихся странах, который примерно на 0,9 процентного пункта превышает данный показатель встранах с развитой экономикой.

 

Инновации являются одной из ключевых движущих сил роста производительности

В чем важность патентов? Их число позволяет судить об уровне инноваций. Увеличение числа патентов на 1 процент может повысить производительность на одного работника на 0,04 процента. Казалось бы, не так много, но в сумме это дает заметный эффект. Небольшие увеличения с течением времени позволяют повысить уровень жизни. 

По нашим оценкам, постоянное повышение числа собственных фундаментальных исследований в какой-либо стране на 10 процентов может повысить производительность на 0,3 процента. Аналогичное повышение числа фундаментальных исследований в других странах оказывает более значительное влияние. Производительность повышается на 0,6 процента. Поскольку это лишь средние показатели, воздействие на страны с формирующимся рынком иразвивающиеся страны, вероятно, еще более значительно.

Фундаментальная наука также играет более важную роль в области «зеленых» инноваций (включая возобновляемые источники энергии), чем в области загрязняющих окружающую среду технологий (например, газовые турбины), позволяя предположить, что меры политики, способствующие фундаментальным исследованиям, могут оказать помощь в борьбе с изменением климата.

Прибыль на инвестиции

Меры политики для создания более стабильного и инклюзивного будущего

Поскольку частные компании могут получить лишь небольшую долю неопределенной финансовой выгоды от участия в фундаментальных исследованиях, они обычно инвестируют в них недостаточно средств, что является убедительным аргументом в пользу принятия соответствующих мер государственной политики. Но разработка подходящих мер политики, включая определение того, как финансировать исследования, может быть непростой задачей. Например, может быть недостаточно финансировать фундаментальные исследования только в университетах и государственных лабораториях. Так будет утрачено потенциально важное взаимодействие между частным и государственным секторами. Также может быть трудно отделить фундаментальные частные исследования от прикладных для того, чтобы субсидировать только первые. 

Наш анализ показывает, что наличие осуществимой гибридной политики, предусматривающей удвоение субсидий частных исследований (как фундаментальных, так и прикладных) и увеличение расходов на государственные исследования на треть, может повысить темпы роста производительности в странах с развитой экономикой на 0,2 процентного пункта в год. Более целенаправленное субсидирование фундаментальных исследований и более тесное сотрудничество между государственным и частным секторами могут дать еще более мощный толчок производительности при снижении затрат со стороны государства. 

Эти инвестиции начнут окупаться в течение примерно десяти лет и окажут значительное влияние на доходы. По нашим оценкам, если бы эти инвестиции были сделаны с 1960 по 2018 год, доходы на душу населения были бы примерно на 12 процентов выше, чем в настоящее время. 

Наконец, за счет важных вторичных эффектов для стран с формирующимся рынком это также служит залогом беспрепятственного обмена идеями и сотрудничества между странами.  

*****

Филип Барретт — экономист Исследовательского департамента МВФ. Сначала работы в МВФ в 2016 году он работал в Департаменте по бюджетным вопросам и Департаменте стран Ближнего Востока и Центральной Азии, где он занимался Афганистаном и Ираном. В сферу его научных интересов входят налогово-бюджетная политика, социальные волнения и изменение климата. Он имеет докторскую степень Университета Чикаго.

Жан-Марк Натал — заместитель начальника Отдела международных экономических исследований Исследовательского департамента МВФ. Доначала работы в МВФ он был заместителем директора по исследованиям Национального банка Швейцарии, где он консультировал Совет по вопросам ежеквартальных решений в области денежно-кредитной политики и коммуникации. Г-н Натал преподавал денежно-кредитную теорию и политику в Женевском университете, и его статьи публиковались в различных экономических журналах, включая Economic Journal и Journal of Money, Credit and Banking. Он занимается исследованием режимов денежно-кредитной политики и обменного курса, передачи воздействия политики, динамики инфляции и макроэкономическим моделированием. Он имеет докторскую степень по международной экономике Женевского института международных отношений.

Диа Нурелдин — экономист Отдела международных экономических исследований Исследовательского департамента МВФ. Он принимает участие вподготовке глав доклада «Перспективы развития мировой экономики». Доначала работы в МВФ он был доцентом экономики Американского университета в Каире после обучения в аспирантуре в Оксфордском университете. Он опубликовал статьи по целому ряду тем в области макроэкономики и международных финансов. Он имеет степень доктора наук по экономике Оксфордского университета.

Нильс-Якоб Хансен — экономист Отдела международных экономических исследований Исследовательского департамента МВФ. Он принимает участие вподготовке глав доклада «Перспективы развития мировой экономики». Ранее он работал в Департаменте стран Азиатско-Тихоокеанского региона и Финансовом департаменте МВФ. Он участвовал в миссиях в Корее, Камбодже, Чешской Республике и Сан-Марино. Он также работал по вопросам, связанным с финансами Фонда. В сферу его научных интересов входят вопросы денежно-кредитной политики и рынка труда. Его статьи опубликованы визданиях Review of Economic Studies и Journal of Economic Inequality. Онимеет докторскую степень по экономике Института международных экономических исследований Стокгольмского университета и степень магистра экономики Кембриджского университета.