В своем мониторинге экономического состояния стран-членов МВФ предстоит решать сложную задачу, затрагивающую новые поколения.
Джейла Пазарбашиоглу — директор Департамента МВФ по вопросам стратегии, политики и анализа.
Мнения, выраженные в статьях и других материалах, принадлежат авторам и не обязательно отражают политику МВФ.
ИЗОБРАЖЕНИЕ: illustration by DANIEL lievano
От искусственного интеллекта до изменения климата, демографических сдвигов и распространения мер промышленной политики — в ближайшие десятилетия миру предстоит пройти через серьезные структурные преобразования. Функция надзора МВФ — проводимые им столь важные проверки экономического состояния стран-членов — может служить и картой, и компасом. Проводимый при этом анализ указанных важных сдвигов может стать фундаментом для разработки более надежных основ политики, которые будут помогать странам выдерживать потрясения и задействовать новые возможности для роста. Но точно так же, как страны должны развиваться и адаптироваться, это же требуется от функции надзора МВФ.
Фонд уже сталкивался с трудностями в прошлом и показал свою способность к изменениям. Иногда МВФ справедливо критикуют за его рекомендации по вопросам мер политики или за то, что он сосредоточивает внимание только на одних видах изменений в политике в ущерб другим. Тем не менее он извлекает уроки и способствует взаимному обучению стран, поддерживая качественные рекомендации по вопросам политики, в некоторых случаях более успешно, чем в других.
По существу МВФ — это организация накопления и передачи знаний.
Первый ключевой поворот в деятельности Фонда произошел после краха Бреттон-Вудской системы фиксированных обменных курсов. Это стало основанием для пересмотра Статей соглашения МВФ в 1978 году, вследствие чего его мандат расширился за рамки политики обменных курсов и стал включать денежно-кредитную, налогово-бюджетную и финансовую политику. Фонд пришел к пониманию того, что в новой системе плавающих обменных курсов эти меры политики сказываются на внутренней и внешней стабильности стран.
Вторым ключевым переломным моментом стала череда кризисов счетов операций с капиталом в 1990-х и начале 2000-х годов. За девальвацией валюты Мексики в 1994 году последовали кризисы в Восточной Азии (1997–1998 годы), России (1998 год), Бразилии (1999 год), Турции (2001 год), Аргентине (2002 год) и Уругвае (2003 год). Это побудило МВФ усилить свой надзор за обменными курсами и финансовым сектором, приступить к разработке моделей раннего предупреждения и сосредоточить внимание на анализе устойчивости долговой ситуации и отраслевых балансов.
Кризисы счета операций с капиталом продемонстрировали, что рынки не располагали достаточной информацией, как в плане данных, так и в плане сведений о планах политики органов государственного управления, для принятия обоснованных решений о том, когда и куда вкладывать средства. Поэтому рынки, как правило, слишком остро реагировали на любые негативные новости, что приводило к поспешному выводу средств с рынков и самореализующимся валютным кризисам. В связи с этим МВФ подчеркнул, что, помимо своевременного предоставления данных для действенного осуществления надзора со стороны Фонда, страны-члены должны публично распространять данные (прежде всего об иностранных резервах центрального банка) и придерживаться стандартов прозрачности в денежно-кредитной и налогово-бюджетной политике.
МВФ также стремился углубить свое понимание динамики кризисов, рассматривая их как сочетание базовой уязвимости (как правило, балансовых несоответствий по валютам, срокам погашения или между долгом и капиталом) и конкретного события, провоцирующего кризис, которое может быть внутренним или внешним, экономическим, финансовым или политическим. В 2001 году МВФ разработал процедуру «Оценка уязвимости» для определения макроэкономических рисков страны в ближайшей перспективе. Эти оценки регулярно обновляются и охватывают большинство стран-членов с разным уровнем дохода.
В 2000-х годах МВФ обновил и расширил свой надзор в контексте растущих глобальных макроэкономических дисбалансов, когда сумма профицитов счетов текущих операций (в основном стран Азии) сравнялась с дефицитом счета текущих операций США. Фонд усовершенствовал свои аналитические инструменты для надзора за обменными курсами, в том числе разработав модель для анализа оценки стоимости валют в непосредственно многостороннем контексте.
Важные недостатки
Несмотря на эти значительные достижения, мировой финансовый кризис 2008–2009 годов выявил существенные недостатки в системе надзора МВФ. Как Фонд признал в 2009 году, «в ходе надзора существенно недооценивался сводный риск по совокупности секторов, а также важность обратных связей и вторичных эффектов в финансовом секторе». С учетом этого МВФ начал составлять доклады по вторичным эффектам для так называемой «системной пятерки» (зона евро, Китай, Соединенное Королевство, США, Япония), впоследствии перейдя к более тематическому подходу, сосредоточенному на ключевых вопросах вторичных эффектов. Он также ввел требование об обсуждении рисков в явной форме в рамках консультаций в соответствии со Статьей IV. Учитывая скорость, с которой события в финансовом секторе могут привести к возникновению и распространению кризисов, анализ финансовой стабильности стал более систематически включаться в процесс надзора. В 2010 году регулярные оценки в рамках Программы оценки финансового сектора стали обязательными для стран, финансовый сектор которых имеет системную значимость. Таким образом, центр внимания в рамках надзора МВФ расширился и стал включать меры политики, касающиеся внутренней стабильности и платежного баланса стран-членов, а также глобальной стабильности на основе анализа вторичных эффектов.
Во второй половине прошлого десятилетия МВФ еще в большей степени скорректировал порядок надзора в ответ на критику, что он недостаточно адаптирует свои рекомендации по вопросам политики к условиям различных стран-членов. В 2020 году МВФ ввел «Целостный подход к политике», в рамках которого производится совместное рассмотрение денежно-кредитной, курсовой и макропруденциальной политики и политики управления потоками капитала, а также их взаимодействие друг с другом и с другими мерами политики. Этот подход используется для оценки проводимых странами мер политики и установления параметров для рекомендаций МВФ в соответствии с результатами этой оценки. При этом МВФ стал уделять больше внимания индивидуальным и подробным рекомендациям в рамках двустороннего анализа, подкрепляемым анализом ситуации в конкретной стране. Основные многосторонние доклады теперь также содержат дифференцированный анализ и рекомендации для стран, относящихся к различным группам по уровню доходов, дополняемые региональными экономическими прогнозами, в которых даются целевые рекомендации по ключевым задачам политики, стоящим перед каждым географическим регионом.
Budina, Nina, Christian Ebeke, Florence Jaumotte, Andrea Medici, Augustus J. Panton, Marina M. Tavares, and Bella Yao. 2023. “Structural Reforms to Accelerate Growth, Ease Policy Trade-offs, and Support the Green Transition in Emerging Market and Developing Economies.” IMF Staff Discussion Note 23/007, International Monetary Fund, Washington, DC.
Ilyina, Anna, Ceyla Pazarbasioglu, and Michele Ruta. 2024. “Industrial Policy Is Back but the Bar to Get It Right Is High.” IMF Blog, April 12.
© 2026 International Monetary Fund. All rights reserved.
