Изменения в торговых сальдо определяют экономические факторы, а не тарифы

В новых исследованиях МВФ делается вывод, что макроэкономические факторы, а не тарифы объясняют большую часть изменений сальдо торговле между двумя странами.

Сальдо двусторонней торговли (разнице в стоимости экспорта и импорта между двумя странами) в последнее время уделяется пристальное внимание. Некоторые политические руководители обеспокоены тем, что крупные и растущие величины сальдо являются результатом несправедливых мер, которые искажают международную торговлю. Но является ли акцент на сальдо двусторонней торговли правильным?

Если дать краткий ответ, то нет. Согласно нашим исследованиям, которые изложены в главе 4 апрельского выпуска «Перспектив развития мировой экономики» 2019 года, вызванное тарифом изменение в конкретном сальдо в торговле между двумя странами часто компенсируется изменениями двусторонних сальдо с другими партнерами за счет переориентации торговли, практически или вообще без какого-либо воздействия на совокупное торговое сальдо (сумма всех двусторонних торговых сальдо).

В действительности торговля определяется макроэкономикой. Мы делаем вывод, что большая часть изменений сальдо в двусторонней торговле за последние два десятилетия объяснялась совместным воздействием макроэкономических факторов (которые включают налогово-бюджетную политику, кредитные циклы и, в некоторых случаях, курсовую политику и широко распространенные субсидии внешнеторговым секторам). Изменения тарифов, напротив, играли гораздо меньшую роль.

Это не значит, что тарифы не наносят ущерба странам. В условиях мировой экономики, характеризуемой глобальными цепочками добавленной стоимости (где производство осуществляется в нескольких странах), резкие повышения тарифов могут привести к значительным долгосрочным экономическим издержкам и волновым эффектам, в результате чего ситуация в мировой экономике ухудшится.

Сальдо двусторонней торговли объясняются экономическими факторами

Наш анализ, основанный на исследовании 63 стран за 20 лет и по 34 отраслям, должен помочь понять и количественно определить детерминанты изменений в сальдо двусторонней торговли. Цель достигается за счет разграничения ролей макроэкономических факторов, тарифов и международной организации производства — отчасти отражаемых в отраслевой структуре производства и спроса в странах (например, обрабатывающая промышленность, услуги или сельское хозяйство).

Мы приходим к выводу о том, что динамика двусторонних сальдо в последние два десятилетия в значительной мере формировалась макроэкономическими факторами, которые, как известно, также определяют совокупные торговые сальдо. Эти факторы включают налогово-бюджетную политику, демографическую ситуацию и слабый внутренний спрос, но могут также охватывать курсовую политику и меры политики на стороне внутреннего предложения, такие как субсидии государственным предприятиям или экспортным отраслям. 

Изменения двусторонних тарифов, напротив, играли меньшую роль, что объяснялось их уже низкими уровнями во многих странах и тем обстоятельством, что взаимные снижения тарифов оказывали нейтрализующее воздействие на сальдо двусторонней торговли. На рисунке показан вклад каждого из этих факторов в динамику двусторонних торговых сальдо для некоторых пар крупных стран. Например, на макроэкономические факторы приходилось примерно 20 процентов изменения сальдо торговли между США и Германией за 1995–2015 годы, но свыше 95 процентов изменения сальдо торговли между США и Китаем.

Более подробное рассмотрение тарифов и их вторичных эффектов

В ходе анализа мы пришли к выводу, что прямое воздействие тарифов на динамику двусторонних торговых сальдо является относительно небольшим по сравнению с макроэкономическими факторами, это не означает, что тарифы не имеют значения. В более долгосрочной перспективе значительные и устойчивые изменения тарифов могут формировать международную организацию производства, по мере того как фирмы адаптируют структуру внутренних и международных инвестиций и производства, например, объединяются в глобальные цепочки добавленной стоимости — различные процессы в разных странах мира, в ходе которых каждый этап добавляет стоимость к производимым товарам и услугам. 

С середины 1990-х годов существенное снижение торговых издержек (то есть пошлин, стоимости услуг транспорта и связи) сопровождалось расширением объемов и сложности глобальных цепочек добавленной стоимости. Это позволило странам повышать производительность и создавать рабочие места.

Интегрированный характер существующей системы мировой торговли означает, что резкие повышения тарифов скажутся на странах и создадут волновой эффект, распространяющийся от одного к другому, в результате чего ситуация в мировой экономике ухудшится. Мы установили, что повышения тарифов особенно повредят производству, занятости и производительности не только в тех странах, которые их вводят и к которым они применяются, но также и в других странах, которые находятся выше или ниже в цепочках добавленной стоимости.

Для большинства стран негативные последствия общего повышения тарифов на продукцию обрабатывающей промышленности на 1 процентный пункт (без учета каких-либо эффектов обратной связи) сегодня больше, чем они были бы в 1995 году. В случае Германии и Кореи (страны с крупными секторами обрабатывающей промышленности, которые особенно глубоко интегрированы в глобальные цепочки поставок), разница составляет, соответственно, примерно 0,5 и 0,6 процента ВВП.  

Когда повышения тарифов целенаправленно применяются к конкретным партнерам (вместо применения ко всем странам), некоторые страны могут извлечь выгоды из переориентации торговли, когда спрос в стране, вводящей тариф, переключается на страны, к которым тарифы не применяются. Поэтому изменения сальдо двусторонней торговли с конкретными партнерами, вызванные двусторонними тарифами, как правило, компенсируются изменениями двусторонними сальдо с другими торговыми партнерами, тогда как совокупное сальдо торговли остается в целом неизменным.

Значение для экономической политики

Эти выводы подтверждают два основных заключения относительно экономической политики.

Во-первых, обсуждение торговых сальдо должно быть сосредоточено на макроэкономических факторах, которые, как правило, определяют совокупные торговые сальдо. Директивным органам целесообразно избегать мер макроэкономической политики, вносящих искажения (например, проциклической налогово-бюджетной политики), или масштабного субсидирования экспортных секторов, которые создают чрезмерные и, возможно, неустойчивые дисбалансы. При отсутствии изменений в макроэкономической политике применение тарифов к сальдо конкретной двусторонней торговли, вероятно, приведет к переориентации торговли и компенсирующим изменениям сальдо в торговле с другими партнерами, а совокупное сальдо страны практически не изменится.

Во-вторых, многостороннее снижение тарифов и других нетарифных торговых барьеров (например, импортных квот или различных стандартов продукции в разных странах) благоприятствовало бы торговле и в более долгосрочной перспективе улучшило экономические результаты. Директивным органам следует продолжать содействие свободной и справедливой практике торговли путем отмены недавно принятых тарифов и активизации действий по снижению существующих барьеров для торговли.

В то же время очень важно признать, что либерализация торговли, равно как и технологический прогресс, может привести к обременительной адаптации для некоторых групп работников или населенных пунктов. Принятие таких мер политики, как программы переподготовки и помощи в поиске работы, достаточные системы социальной защиты и более прочные системы перераспределительных налогов и льгот, могут содействовать обеспечению более широкого распределения выгод от торговли и адекватной защиты отдельных лиц и групп, оставшихся позади.

Йоханнес Югстер — экономист в Отделе надзора на многосторонней основе Исследовательского департамента МВФ, занимается в основном международными вторичными эффектами и вопросами, связанными с Группой 20-ти. Ранее он работал в Европейском департаменте и Департаменте по вопросам стратегии, политики и анализа. Его исследования в основном посвящены темам, связанным с международными дисбалансами, вторичными эффектами и эффектами структурных реформ. У него есть степень доктора по экономике от Женевского института международных отношений.

Флоранс Жомотт — старший экономист в Исследовательском департаменте МВФ. Она работала в Отделе надзора на многосторонней основе и Отделе международных экономических исследований Исследовательского департамента МВФ, а также в ряде страновых групп. Ее исследовательская работа сосредоточена на институтах и мерах политики на рынке труда, неравенстве в доходах и макроэкономической теории открытой экономики. Ранее она работала в Экономическом департаменте Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) в Париже. Она получила степень доктора экономических наук от Гарвардского университета.

Марго Макдональд — экономист Исследовательского департамента МВФ, где она работает в Отделе надзора на многосторонней основе. Ранее она работала в Департаменте стран Африки МВФ по странам, которые имеют программы с МВФ, и вопросам внешнего сектора. В сферу ее исследовательских интересов входят международная макроэкономика и финансы, а в последнее время ее работа сосредоточена на межстрановых вторичных эффектах денежно-кредитной политики, банковской системы и торговли. Имеет степень доктора экономики, полученную в Университете Куинс.

Роберто Пьяцца — экономист Исследовательского департамента Международного Валютного Фонда (МВФ), где он работает в Отделе надзора на многосторонней основе. Ранее работал в Департаменте денежно-кредитных систем и рынков капитала, Департаменте стран Ближнего Востока и Центральной Азии и Банке Италии. Он получил степень доктора экономических наук от Миннесотского университета. В число его исследовательских интересов входят теория экономического роста, денежно-кредитная политика и международная макроэкономика.