Новый компас для экономики

Source details

Экономическое обновление должно начинаться с цели благополучия человека на цветущей живой планете.
Автор: КЕЙТ РАВОРТ — автор книги-бестселлера «Экономика пончика»: семь способов мыслить как экономист XXI века». Она преподает в Институте изменения окружающей среды Оксфордского университета.
Позиция: существующие экономические модели и ориентиры, в том числе ВВП как главный компас, устарели и способствовали сохранению неравенства и подрыву систем жизнеобеспечения Земли.

Предложение заменить единый показатель ВВП панелью социальных и экологических показателей.
Описание «пончика»: приоритет насущных потребностей и прав каждого человека (продовольствие, вода, здоровье, достойная работа, гендерное равенство) в рамках экологического потолка (стабильный климат, плодородная почва, здоровые океаны, озоновый слой).
Цель: процветание человечества между социальным фундаментом и экологическим потолком — удовлетворение потребностей всех людей в пределах возможностей живой планеты.
Заявление: ни одна экономика в мире не удовлетворяет потребности всего своего населения в пределах возможностей живой планеты (ближе всех к этому Коста-Рика); потому ни одна экономика пока не должна считать себя «развитой».

Историческая отсылка: в 1938 году Джон Мейнард Кейнс отмечал роль выбора моделей для современного мира.
Традиционная карта: диаграмма круговых потоков Пола Самуэльсона (1940-х годах) легла в основу макроэкономики XX века.
Критика существующей модели: согласно Джону Стерману, важнейшие допущения скрыты в том, чего в модели нет; модель Самуэльсона не отображает потоки энергии, материалов и отходов.
Вывод: нужна карта для XXI века, признающая экономику как подсистему биосферы с большими притоками и оттоками энергии и материи.

Позиция: энергия, а не деньги, является фундаментальной валютой жизни, лежащей в основе человеческих, экологических и индустриальных систем.
Последствия: непрерывное использование ресурсов создаёт сильное давление на возможности планеты и высокий риск подрыва экологической стабильности.
Эмпирический вывод: попытки отделить связанные с потреблением выбросы углекислого газа и использование материалов от показателей роста ВВП в странах с высоким уровнем дохода отстают по темпам и масштабам от того, что необходимо, чтобы не перейти критическую черту.
Последствие для политики: исследование границ роста и экономических возможностей «после роста», особенно в богатых странах; борьба с экологическими последствиями хозяйственной деятельности рассматривается как важнейший моральный долг.

Критика «боксерского поединка» между рынком и государством как доминирующей рамки более ста лет.
Неучтённые источники обеспечения нужд: домашнее хозяйство и сообщество — значительная часть создаваемой стоимости, часто невидимая для ВВП.
Примеры: неоплачиваемый домашний уход (преимущественно женщинами) систематически субсидирует оплачиваемую работу; сообщества обеспечивают товары и услуги вне денежного обмена (программное обеспечение с открытым исходным кодом, Википедия, управление транснациональными водосборными бассейнами).

Необходимы макроэкономические модели, которые:
- признают экономику как подсистему живого мира;
- включают потоки энергии, материалов и отходов;
- учитывают вклад домашнего хозяйства и сообществ;
- перестраивают финансы так, чтобы поставить их на службу реальной экономике и жизни.
Это описывается как концептуальная революция, необходимая для достижения благополучия человека на цветущей, живой планете.

Финансы и развитие — Кейт Раворт, Март 2024 года.