Перспективы развития мировой экономики

• Мировой подъем замедлился. Мировой рост в 2018 году, по оценке, составил 3,7 процента, как и прогнозировалось в октябрьском выпуске доклада «Перспективы развития мировой экономики» (ПРМЭ) 2018 года, несмотря на более низкие темпы в некоторых странах, в частности странах Европы и Азии. По прогнозу, рост мировой экономики составит 3,5 процента в 2019 году и 3,6 процента в 2020 году, что на 0,2 и 0,1 процентного пункта ниже, чем прогнозировалось в октябре прошлого года.

• Прогноз мирового роста на 2019 и 2020 годы уже пересматривался в сторону снижения в последнем выпуске ПРМЭ, отчасти ввиду негативных последствий повышения тарифов, введенного в США и Китае ранее в том году. Дальнейший пересмотр прогнозов в сторону снижения с октября отчасти отражает последствия более низких темпов во второй половине 2018 года, в том числе в Германии после введения новых нормативов выбросов вредных веществ для автомобилей и в Италии, где обеспокоенность в связи с суверенными и финансовыми рисками сдерживают внутренний спрос, а также ухудшение настроений на финансовых рынках и снижение темпов роста в Турции, которое, как теперь прогнозируется, будет более значительным, чем ранее ожидалось.

• Преобладают риски снижения темпов мирового роста. Одним из основных источников риска для перспектив экономики остается нарастание напряженности в торговле сверх уровней, уже отраженных прогнозе. Финансовые условия уже ужесточились с прошедшей осени. Различные причинные факторы, помимо усиления напряженности в торговле, могут вызвать дальнейшее ухудшение отношения к риску, что будет иметь негативные последствия для роста, особенно ввиду высоких уровней государственного и частного долга. В числе этих потенциальных причинных факторов — выход Соединенного Королевства из Европейского союза без достижения договоренности и большее, чем ожидается, замедление роста в Китае.

• Главным общим приоритетом политики является сотрудничество стран для быстрого устранения их разногласий в области торговли и вызванной ими неопределенности относительно политики вместо дальнейшего возведения барьеров, препятствующих торговле, и дестабилизации уже сейчас замедляющейся мировой экономики. На фоне высокого бремени долга и ужесточения финансовых условий всем странам крайне важно принять меры для повышения потенциального роста производства, придания ему более всеобъемлющего характера и укрепления бюджетных и финансовых буферных резервов.

Снижение темпов, высокая неопределенность

В мировой экономике продолжается рост, но в некоторых странах темпы роста в третьем квартале не оправдали ожиданий. Специфические факторы (новые нормативы выбросов для автомобилей в Германии, стихийные бедствия в Японии) негативно сказались на активности в странах с крупной экономикой. В то же время, эти явления происходили на фоне ухудшения настроений на финансовых рынках, неопределенности относительно торговой политики и обеспокоенности относительно перспектив Китая. Объявленная 1 декабря договоренность о приостановке на 90 дней повышений тарифов в торговом споре между США и Китаем является позитивным шагом, но возможность возобновления напряженности весной омрачает мировые экономические перспективы.

Данные, составляемые с высокой периодичностью, указывают на пониженную динамику в четвертом квартале. За исключением США, рост промышленного производства в странах замедлился, особенно в секторе инвестиционных товаров. Рост мировой торговли замедлился до уровней, существенно ниже средних за 2017 год. Истинная базовая динамика может быть даже слабее, чем указывают эти данные, поскольку общие уровни могли оказаться выше из-за ускорения импортных закупок накануне повышений тарифов, а также увеличения технологического экспорта в связи с запуском в производство новых видов продукции. Такой интерпретации соответствует то, что индексы менеджеров по закупкам, в частности в категории новых заказов, указывают на менее оптимистичные ожидания относительно будущей активности.

em>Биржевые товары и инфляция . Цены на нефть с августа характеризуются нестабильностью вследствие факторов, влияющих на предложение, в том числе политики США в отношении экспорта иранской нефти и, в последнее время, опасений снижения мирового спроса. На начало января цены на нефть составляли примерно 55 долларов США за баррель, и рынки ожидали, что цены будут оставаться близкими к этому уровню в следующие 4–5 лет. Цены на металлы и сельскохозяйственные биржевые товары немного снизились с августа, отчасти из-за пониженного спроса Китая. Инфляция потребительских цен в последние месяцы в целом остается под контролем в странах с развитой экономикой, но несколько повысилась в США, где темпы экономического роста по-прежнему опережают тренд. В странах с формирующимся рынком инфляционное давление уменьшается по мере снижения цен на нефть. Для некоторых стран это уменьшение отчасти компенсируется переносом снижения обменных курсов на внутренние цены.

Финансовые условия в странах с развитой экономикой ужесточились с осени. Цены на акции, которые были чрезмерно высокими в некоторых странах, снизились ввиду менее оптимистичных оценок перспектив прибыли на фоне нарастающей напряженности в торговле и ожиданий замедления мирового роста. В конце года дополнительным негативным фактором для настроений в финансовом секторе была обеспокоенность в связи с закрытием государственных учреждений США. Основные центральные банки также, как представляется, занимают более осторожные позиции. Федеральная резервная система США в декабре повысила целевой диапазон ставки по федеральным фондам до 2,25–2,50 процента, но при этом дала сигнал о более постепенном повышении ставки в 2019 и 2020 годах. Европейский центральный банк, как и сообщал ранее, в декабре прекратил чистые покупки активов. Вместе с тем, он также подтвердил, что денежно-кредитная политика будет оставаться весьма мягкой, в том числе что директивные ставки не будут повышаться как минимум до лета 2019 года, а реинвестирование всех ценных бумаг с наступающим сроком будет продолжаться еще значительное время после первого повышения ставок. Усиливающееся неприятие риска в сочетании с ухудшением представлений о перспективах роста и изменениями ожиданий относительно политики способствуют снижению доходности по государственным ценным бумагам, в частности по казначейским ценным бумагам США, федеральным облигациям Германии и первоклассным ценным бумагам Соединенного Королевства. Среди стран зоны евро спреды по государственным ценным бумагам Италии снизились относительно пика, достигнутого в середине октября благодаря урегулированию спора по бюджетным вопросам с Европейской комиссией, но, по состоянию на 7 января, остаются на повышенном уровне в 270 базисных пунктов. Спреды других стран зоны евро в этот период остаются в основном неизменными. Помимо государственных ценных бумаг, кредитные спреды по облигациям компаний США увеличились ввиду менее оптимистичных оценок перспектив и обеспокоенности относительно энергетического сектора ввиду снижения цен на нефть.

Финансовые условия в странах с формирующимся рынком немного ужесточились с осени, с существенными различиями в зависимости от специфических страновых факторов. Индексы акций стран с формирующимся рынком снизились в этот период в условиях усиливающейся напряженности в торговле и большей несклонности к риску. Обеспокоенность относительно инфляционных последствий предшествовавшего повышения цен на нефть и, в некоторых случаях, сокращения разрывов объема производства или переноса снижения курсов валют на цены побудила центральные банки во многих странах с формирующимся рынком (Индонезии, Мексике, России, Таиланде, Филиппинах, Чили, Южной Африке) повысить директивные ставки с осени. Центральные банки Китая и Индии, напротив, сохраняли директивные ставки на прежнем уровне и приняли меры для смягчения условий внутреннего финансирования (путем соответственно снижения нормативов обязательных резервов для банков и предоставления ликвидности небанковским финансовым компаниям). На начало января, за некоторыми существенными исключениями (например, Мексики, Пакистана), долгосрочная доходность по государственным ценным бумагам стран с формирующимся рынком в национальной валюте в целом ниже, чем в августе–сентябре. Кредитные спреды по государственным ценным бумагам в иностранной валюте несколько повысились для большинства стран и существенно увеличились для некоторых стран с пограничной экономикой.

Потоки капитала и обменные курсы . Поскольку инвесторы в целом сокращают свои позиции по относительно рискованным активам, страны с формирующимся рынком испытывали чистый отток капитала в третьем квартале 2018 года. На начало января курс доллара США остается в целом неизменным в реальном эффективном выражении относительно сентября, курс евро снизился примерно на 2 процента в условиях замедления экономического роста и обеспокоенности относительно экономики Италии, а фунт стерлингов обесценился примерно на 2 процента из-за усиления связанной с «брекситом» неопределенности. С другой стороны, японская иена укрепилась примерно на 3 процента ввиду повышения несклонности к риску. Курсы валют ряда стран с формирующимся рынком, в том числе турецкой лиры, аргентинского песо, бразильского реала, ранда ЮАР, индийской рупии и индонезийской рупии, восстановились относительно самых низких уровней за 2018 год, отмечавшихся в августе–сентябре прошлого года.

Допущения в прогнозах

Лежащие в основе прогнозов допущения относительно тарифов, курса политики и финансовых условий в целом аналогичны допущениям в последнем выпуске ПРМЭ.

В базисном прогнозе учитываются тарифы США, объявленные в период до сентября 2018 года включительно, и ответные меры других стран. Для США они включают тарифы на солнечные панели, стиральные машины, алюминий и сталь, объявленные в первой половине 2018 года; 25-процентный тариф на товары стоимостью 50 млрд долларов, импортируемые в США из Китая, и 10‑процентный тариф еще на 200 млрд долларов США импорта из Китая, с повышением последнего тарифа до 25 процентов по истечении текущего 90‑дневного «перемирия» 1 марта 2019 года. Для Китая в прогноз заложены тарифы от 5 до 10 процентов на импорт из США общей стоимостью 60 млрд долларов США [1] .

Средние цены на нефть прогнозируются на уровне немного ниже 60 долларов США за баррель в 2019 и 2020 годах — ниже, чем в последнем выпуске ПРМЭ (соответственно примерно 69 и 66 долларов США). Ожидается, что цены на металлы снизятся на 7,4 процента в 2019 году относительно предыдущего года — в большей степени, чем ожидалось в последнем выпуске ПРМЭ, и будут оставаться примерно на этом же уровне в 2020 году. Прогнозы цен на большинство основных сельскохозяйственных биржевых товаров немного пересмотрены в сторону снижения.

В 2019 году ожидается замедление мирового роста

Мировой рост в 2018 году, по оценке, составил 3,7 процента, что соответствует оценке от осени прошлого года, но признаки замедления роста во второй половине 2018 года привели к пересмотру роста в нескольких странах в сторону снижения.

Слабая экономическая конъюнктура второй половины 2018 года сохранится в предстоящих кварталах, с прогнозируемым снижением мирового роста до 3,5 процента в 2019 году и затем небольшим повышением до 3,6 процента в 2020 году (соответственно на 0,2 и 0,1 процентного пункта ниже, чем в предыдущем выпуске ПРМЭ). Эта динамика роста отражает устойчивое снижение темпов с уровней выше тренда в странах с развитой экономикой (которое происходит быстрее, чем ранее ожидалось) в сочетании с временным снижением темпов роста в странах с формирующимся рынком и развивающихся странах в 2019 году вследствие сокращения доходов в Аргентине и Турции, а также влияния мер в области торговли на экономику Китая и других стран Азии.

В частности, в странах с развитой экономикой рост, по прогнозу, замедлится с 2,3 процента (по оценке) в 2018 году до 2,0 процента в 2019 году и 1,7 процента в 2020 году. Эта оценка темпа роста в 2018 году и прогноз на 2019 год на 0,1 процентного пункта ниже, чем в октябрьском выпуске ПРМЭ 2018 года, в основном вследствие их пересмотра в сторону снижения для зоны евро.

• Предполагается, что рост в зоне евро замедлится с 1,8 процента в 2018 году до 1,6 процента в 2019 году (на 0,3 процентного пункта ниже, чем прогнозировалось прошлой осенью) и 1,7 процента в 2020 году. Прогнозы темпов роста снижены по многим странам, в частности Германии (ввиду низких показателей частного потребления, слабой динамики промышленного производства после введения пересмотренных нормативов выбросов для автомобилей и пониженного внешнего спроса), Италии (из-за слабого внутреннего спроса и более высокой стоимости заимствования, поскольку доходность по государственным ценным бумагам остается повышенной) и Франции (вследствие негативных последствий уличных протестов и забастовок).

• Базисный прогноз роста в Соединенном Королевстве в 2019–1920 годах на уровне примерно 1,5 процента сопряжен со значительной неопределенностью. Сохранение прогноза на том же уровне, что и в октябрьском выпуске ПРМЭ 2018 года, отражает компенсирующее негативное влияние длительного периода неопределенности относительно результата «брексита» и положительный эффект бюджетного стимула, объявленного в рамках бюджета 2019 года. Этот базисный прогноз предполагает, что в 2019 году будет достигнуто соглашение по «брекситу» и что Соединенное Королевство постепенно перейдет на новый режим отношений. Однако по состоянию на середину января конечная форма «брексита» остается весьма неопределенной.

• Прогноз роста в Соединенных Штатах также остается неизменным. Ожидается, что темпы роста снизятся до 2,5 процента в 2019 году и далее до 1,8 процента в 2020 году в связи с прекращением бюджетного стимула и временно более высоким уровнем ставки по федеральным фондам по сравнению с нейтральным уровнем процентных ставок. Тем не менее, прогнозируемые темпы подъема выше оценки потенциальных темпов роста экономики США в оба года. Активный рост внутреннего спроса будет поддерживать увеличение импорта и способствовать повышению дефицита счета текущих операций США.

• Ожидается, что в Японии экономический рост в 2019 году составит 1,1 процента (на 0,2 процентного пункта выше, чем в октябрьском выпуске ПРМЭ). Этот пересмотр в основном отражает дополнительную бюджетную поддержку экономики в этом году, включая меры для смягчения последствий планируемого повышения налога на потребление в октябре 2019 года. Прогнозируется, что после принятия компенсирующих мер рост замедлится до 0,5 процента в 2020 году (на 0,2 процентного пункта выше, чем в октябрьском выпуске ПРМЭ 2018 года).

Ожидается, что в целом по группе стран с формирующимся рынком и развивающихся стран темпы роста снизятся до 4,5 процента в 2019 году (с 4,6 процента в 2018 году) и затем повысятся до 4,9 процента в 2020 году. Прогноз на 2019 год на 0,2 процентного пункта ниже, чем в октябрьском выпуске ПРМЭ 2018 года.

• Темпы роста в странах с формирующимся рынком и развивающихся странах Азии снизятся с 6,5 процента в 2018 году до 6,3 процента в 2019 году и 6,4 процента в 2020 году. Несмотря на бюджетный стимул, отчасти компенсирующий последствия повышения тарифов США, рост экономики Китая замедлится вследствие совокупного воздействия необходимого ужесточения финансового регулирования и напряженности в торговле с США. В Индии ожидается ускорение экономического роста в 2019 году благодаря снижению цен на нефть и более медленному, чем ранее ожидалось, ужесточению денежно-кредитных условий в связи с ослаблением инфляционного давления.

• Теперь ожидается, что темпы роста в странах с формирующимся рынком и развивающихся странах Европы в 2019 году снизятся больше, чем ранее прогнозировалось, до 0,7 процента (с 3,8 процента в 2018 году), несмотря на в целом динамичный рост в Центральной и Восточной Европе, а затем повысятся до 2,4 процента в 2020 году. Эти пересмотры (на 1,3 процентного пункта в 2019 году и 0,4 процентного пункта в 2020 году) объясняются значительным прогнозируемым сокращением в 2019 году и более медленным восстановлением в 2020 году в Турции на фоне ужесточения экономической политики и адаптации к более ограничительным условиям внешнего финансирования.

• В Латинской Америке прогнозируется восстановление роста в следующие два года, с 1,1 процента в 2018 году до 2,0 процента в 2019 году и 2,5 процента в 2020 году (в оба года на 0,2 процентного пункта ниже, чем ожидалось ранее). Эти пересмотры объясняются снижением прогноза роста экономики Мексики в 2019‑2020 годах вследствие более низкого уровня частных инвестиций и еще более серьезным, чем ранее ожидалось, сокращением в Венесуэле. Эти снижения прогнозов лишь частично компенсируются повышением прогноза на 2019 год по Бразилии, где ожидается продолжение постепенного восстановления после спада 2015–2016 годов. Экономика Аргентины сократится в 2019 году, поскольку ужесточение политики с целью уменьшения дисбалансов будет сдерживать внутренний спрос, и экономический рост возобновится в 2020 году.

• Ожидается, что в странах Ближнего Востока и Северной Африки, Афганистане и Пакистане темпы роста будут оставаться пониженными, 2,4 процента, в 2019 году и повысятся до примерно 3 процентов в 2020 году. На перспективах региона негативно сказывается целый ряд факторов, включая слабый рост добычи нефти, нейтрализующий ожидаемое повышение активности в ненефтяном секторе (Саудовская Аравия); ужесточение условий финансирования (Пакистан); санкции США ( Иран); и, в нескольких странах, геополитическая напряженность.

• Ожидается, что в странах Африки к югу от Сахары темпы роста повысятся с 2,9 процента в 2018 году до 3,5 процента в 2019 году и 3,6 процента в 2020 году. Прогноз на оба года на 0,3 процентного пункта ниже, чем в прогнозе от октября прошлого года, поскольку снижение цен на нефть привело к его пересмотру в сторону снижения для Анголы и Нигерии. За общими цифрами по региону скрываются значительные различия в показателях: ожидается, что в более чем одной трети стран к югу от Сахары рост в 2019–2020 годах превысит 5 процентов.

• Активность в Содружестве Независимых Государств, по прогнозу, возрастет примерно на 2¼ процента в 2019‑2020 годах, немного меньше, чем прогнозировалось в октябрьском выпуске ПРМЭ 2018 года, поскольку ожидающиеся в ближайший период более низкие цены на нефть будут сдерживать перспективы роста экономики России.

Риски для перспектив

Наиболее серьезными факторами риска для мировых перспектив являются результаты переговоров о торговле и то, как будут меняться финансовые условия в предстоящие месяцы. Если страны урегулируют свои разногласия, не возводя дополнительных торговых барьеров, искажающих экономику, и настроения рынка улучшатся, то повышение уверенности и смягчение финансовых условий, возможно, будут усиливать друг друга и тем самым способствовать достижению темпов роста выше базисного прогноза. Однако, как и в октябрьском ПРМЭ, баланс рисков все еще смещен в сторону ухудшения.

Напряженность в торговле. Подписание 30 ноября соглашения о свободной торговле между США, Мексикой и Канадой (ЮСМКА), которое должно сменить НАФТА, объявленное 1 декабря США и Китаем 90-дневное «перемирие» в вопросе повышения тарифов и объявление о снижении тарифов, взимаемых Китаем с импорта легковых автомобилей из США, являются позитивными шагами к смягчению торговых противоречий. Тем не менее, конечные результаты все еще зависят от, возможно, трудных переговоров в случае торгового спора между США и Китаем и от процесса ратификации ЮСМКА в участвующих странах. Таким образом, по‑прежнему существуют угрозы для мировой торговли, инвестиций и производства, связанные с неопределенностью относительно политики, а также другими сохраняющимися проявлениями напряженности в торговле. Если разногласия не будут устранены и приведут к повышению тарифных барьеров, это повысит стоимость импорта промежуточных и инвестиционных товаров и цены конечных товаров для потребителей. Помимо этих прямых последствий, усиление неопределенности относительно торговой политики и опасения эскалации и ответных мер снизили бы уровни инвестиций предприятий, нарушили бы цепочки поставок и замедлили бы рост производительности. Вызванное этим ослабление перспектив прибыли компаний могло бы ухудшить настроения финансовых рынков и дополнительно снизить рост (см. вставку по сценарию 1 в октябрьском выпуске ПРМЭ 2018 года).

Настроения финансовых рынков Нарастающая напряженность в торговле, вместе с озабоченностью по поводу бюджетной политики Италии, беспокойство относительно экономики ряда стран с формирующимся рынком и, ближе к концу года, относительно закрытия государственных учреждений США, способствовали снижению цен на акции во второй половине 2018 года. Различные события, ускоряющие развитие ситуации в ключевых системообразующих экономиках, могут вызвать более общее ухудшение настроений инвесторов и внезапное, резкое изменение цен активов в условиях повышенного бремени долга. Если какие-либо из таких событий действительно произойдут и приведут к общему неприятию риска, мировой рост, вероятно, окажется ниже базисного прогноза.

• Спреды по ценным бумагам Италии сократились с максимальных уровней октября–ноября, но остаются высокими. Длительный период повышенной доходности создал бы дополнительные трудности для итальянских банков, сдерживал бы экономическую активность и ухудшил бы динамику долга. Другие специфические для Европы факторы, которые могут вызвать более широкое неприятие риска, включают все более реальную возможность дестабилизирующего «брексита» без достижения соглашения, который вызовет негативные трансграничные вторичные эффекты , и влияние возросшего евроскептицизма на результаты выборов в Европейский парламент.

• Другим источником риска для системной финансовой стабильности является большее, чем предполагалось, замедление роста в Китае с негативными последствиями для торговых партнеров и мировых цен на биржевые товары. Экономика Китая замедлилась в 2018 году, в основном из-за ужесточения финансового регулирования с целью ограничения теневой банковской деятельности и внебюджетных инвестиций местных органов государственного управления, а также в результате расширения масштабов торгового спора с США, что привело к более значительному снижению темпов роста к концу года. На 2019 год прогнозируется дальнейшее замедление. Официальные органы отреагировали на это снижение темпов, ограничив проводимое ими ужесточение финансового регулирования, увеличив ликвидность посредством снижения нормативов резервов для банков и предоставив бюджетный стимул посредством возобновления государственных инвестиций. Тем не менее, экономическая активность может не оправдать ожиданий, особенно если напряженность в торговле не спадет. Как уже наблюдалось в 2015–2016 годах, обеспокоенность относительно состояния экономики Китая может спровоцировать внезапные широкомасштабные распродажи на рынках финансовых активов и биржевых товаров, создающие трудности для его торговых партнеров, экспортеров биржевых товаров и других стран с формирующимся рынком.

Помимо возможного нарастания напряженности в торговле и более общего изменения в настроениях финансовых рынков, другие факторы, усугубляющие риск снижения мировых инвестиций и экономического роста, включают неопределенность относительно программ политики новых администраций, длительный период закрытия федеральных государственных учреждений США, а также геополитическая напряженность на Ближнем Востоке и в Восточной Азии. Несколько более медленно меняющиеся риски включают распространенные последствия изменения климата и происходящее снижение доверия к сложившимся институтам и политическим партиям.

Приоритеты политики

В ситуации, когда пик динамики уже пройден, риски для мирового роста смещены в сторону ухудшения, а пространство для проведения экономической политики во многих странах является ограниченным, требуются безотлагательные меры на многостороннем и национальном уровнях, призванные предотвратить дальнейшее замедление роста и повысить устойчивость. Общим для всех приоритетом является улучшение среднесрочных перспектив экономического роста наряду с приданием ему более всеобъемлющего характера.

Многостороннее сотрудничество . Директивным органам следует, опираясь на отмеченные выше благоприятные изменения за последний период, сотрудничать в устранении причин неудовлетворенности основанной на правилах системой торговли, снижении торговых издержек и урегулировании разногласий, избегая повышения тарифных и нетарифных барьеров. В противном случае это еще более дестабилизирует замедляющуюся мировую экономику. Помимо торговли, содействие более тесному сотрудничеству по различным вопросам помогло бы расширить выгоды глобальной экономической интеграции, включая реформы финансового регулирования, международное налогообложение и сведение к минимуму трансграничных возможностей для уклонения от уплаты налогов, сокращение коррупции и укрепление глобальной системы финансовой безопасности для уменьшения потребности стран в самостраховании от внешних шоков. Одна из главных задач для мирового сообщества состоит в адаптации к изменению климата и смягчении его воздействия с целью снижения вероятности разрушительных гуманитарных и экономических последствий экстремальных температур, осадков и засух (глава 3 октябрьского ПРМЭ 2017 года) [2] . В растущей и все более сложной мировой экономике с новыми и более серьезными рисками достаточный уровень ресурсов МВФ будет оставаться одним из ключевых стабилизирующих факторов на мировых рынках капитала.

Внутренняя политика. Приоритеты политики в странах с развитой экономикой, странах с формирующимся рынком и развивающихся странах с низкими доходами остаются в целом такими же, как отмечалось в октябрьском выпуске ПРМЭ 2018 года.

• В странах с развитой экономикой ожидается, что экономический рост, в настоящее время опережающий тренд, снизится до своего невысокого потенциального уровня (в некоторых случаях ранее, чем ожидалось). Всем странам следует сделать упор на меры, поднимающие производительность, повышающие участие различных групп, особенно женщин и, в некоторых случаях, молодежи, в рабочей силе и обеспечивающие достаточное социальное страхование, в том числе для уязвимых групп при проведении структурных преобразований. Денежно-кредитная политика должна обеспечивать сохранение стабильных инфляционных ожиданий, а налогово-бюджетная политика — создавать по мере необходимости буферные резервы, с тем чтобы расширить имеющееся ограниченное пространство для проведения политики с целью преодоления спадов.

• Сложные внешние условия в последние месяцы стали серьезным испытанием для стран с формирующимся рынком и развивающихся стран на фоне напряженности в торговле, роста процентных ставок США, повышения курса доллара, оттоков капитала и изменчивых цен на нефть. В некоторых странах для решения проблем высокого бремени частного долга и несоответствий в балансах по валютам и срокам погашения потребуется укрепить основы макропруденциального регулирования. Гибкие обменные курсы могут дополнять эти меры политики, способствуя смягчению внешних шоков. В странах с прочно зафиксированными инфляционными ожиданиями денежно-кредитная политика может по мере необходимости использоваться для поддержки внутренней экономической активности (глава 3 октябрьского выпуска ПРМЭ 2018 года). Налогово-бюджетная политика должна обеспечивать сохранение устойчивых коэффициентов долга в складывающихся более сложных внешних финансовых условиях. Совершенствование адресного предоставления субсидий и рационализация периодических расходов могут способствовать поддержанию капитальных расходов, необходимых для повышения потенциальных темпов роста, а также социальных расходов для укрепления интеграции. В случае развивающихся стран с низкими доходами согласованные усилия в этих областях также способствовали бы диверсификации производственной структуры (что является неотложной задачей для стран, зависящих от производства биржевых товаров) и их достижению Целей устойчивого развития ООН.