Мировая экономика вступает в новую эпоху

Происходит перезапуск глобальной экономической системы, в рамках которой большинство стран функционировали на протяжении последних 80 лет, и мир вступает в новую эпоху. Существующие правила оспариваются, в то время как новые еще не появились. С конца января череда объявлений о введении тарифов со стороны США, которые сначала затронули Канаду, Китай, Мексику и критически важные секторы, достигла апогея с введением 2 апреля практически всеобщих сборов. Эффективная тарифная ставка США превысила уровни, достигнутые во время Великой депрессии, в то время как реакция основных торговых партнеров привела к значительному повышению глобальной ставки.

 

Возникшие в результате эпистемическая неопределенность и непредсказуемость политики являются одним из основных факторов, определяющих перспективы развития экономики. Если эти резко возросшие тарифы и связанная с ними неопределенность будут сохраняться, то они приведут к значительному замедлению роста мировой экономики. С учетом сложности и изменчивости текущей ситуации в нашем докладе представлен ряд прогнозов в отношении мировой экономики.

 

В наш справочный прогноз доклада «Перспективы развития мировой экономики» заложены объявления США о тарифах за период с 1 февраля по 4 апреля и контрмеры других стран. Исходя из этого наш прогноз роста мировой экономики понижен до 2,8 процента на этот год и 3 процентов на следующий год, что означает совокупное снижение примерно на 0,8 процентного пункта по сравнению с нашим прогнозом в январском Бюллетене ПРМЭ 2025 года. Мы также представляем глобальный прогноз без учета тарифов, введенных в апреле (прогноз по состоянию до 2 апреля). При таком альтернативном развитии ситуации в темпах роста мировой экономики наблюдалось бы лишь небольшое совокупное снижение на 0,2 процентного пункта до 3,2 процента в 2025 и 2026 годах.

Наконец, мы включаем прогноз на основе моделей, учитывающий объявления, сделанные после4 апреля. За этот период США временно приостановили действие большинства тарифов, но повысили тарифы для Китая до запретительных уровней. Эта пауза, даже если она будет продлена на неопределенный срок, существенно не меняет перспективы развития мировой экономики посравнению со справочным прогнозом. Это связано с тем, что общая эффективная тарифная ставка США и Китая остается высокой, несмотря на то, что некоторые страны, в отношении которых изначально действовали высокие тарифы, теперь оказываются в более благоприятном положении, в то время как неопределенность, вызванная мерами политики, неснизилась.

Несмотря на замедление, рост мировой экономики остается значительно выше уровней, соответствующих рецессии. Прогноз глобальной инфляции пересмотрен в сторону повышения примерно на 0,1 процентного пункта на каждый год, однако тенденция к снижению инфляции сохраняется. До сих пор мировая торговля была довольно устойчивой, отчасти потому, что предприятия могли при необходимости перенаправить торговые потоки. На сей раз это может оказаться сложнее. Мы прогнозируем, что рост мировой торговли снизится сильнее, чем объем производства, и составит в 2025 году 1,7 процента, что является значительным сокращением посравнению с прогнозом в нашем Бюллетене ПРМЭ за январь 2025 года.

 

Тем не менее за глобальной оценкой скрываются значительные различия между странами. Тарифы представляют собой негативный шок предложения для вводящей их юрисдикции, поскольку ресурсы перераспределяются в сторону производства менее конкурентоспособных товаров, что приводит к снижению совокупной производительности и повышению себестоимости. Всреднесрочной перспективе можно ожидать, что тарифы приведут к снижению уровней конкуренции и инноваций, а также повысят стремление к извлечению ренты, что еще больше ослабит перспективы развития.

В США спрос начал ослабевать еще до недавних объявлений в отношении экономической политики ввиду возросшей политической неопределенности. В соответствии с нашим справочным прогнозом с учетом ситуации после 2 апреля, мы понизили нашу оценку роста экономики США на этот год до 1,8 процента. Это на 0,9 процентного пункта ниже, чем в январе, и 0,4 процентного пункта от этого снижения связано с тарифами. Мы также повысили наш прогноз инфляции в США с 2 процентов примерно на 1 процентный пункт.

Для торговых партнеров тарифы в основном представляют собой негативный шок со стороны спроса, отталкивающий иностранных покупателей от их продукции — даже при том, что некоторые страны могут выиграть от переориентации торговли. С учетом этого дефляционного импульса мы снизили наш прогноз роста экономики Китая на этот год до 4 процентов, на 0,6 процентного пункта, а прогноз инфляции понижен примерно на 0,8 процентного пункта.

 

Прогноз экономического роста в зоне евро, на которую распространяются относительно более низкие эффективные тарифы, пересмотрен в сторону понижения на 0,2 процентного пункта, до 0,8 процента. Как в зоне евро, так и в Китае в этом и следующем году некоторую поддержку окажет усиление бюджетных стимулов. Многие страны с формирующимся рынком могут столкнуться со значительным замедлением темпов роста в зависимости от того, на каком уровне установятся тарифы. Мы понизили наш прогноз экономического роста для этой группы на 0,5 процентного пункта, до 3,7 процента.

Плотные глобальные цепочки поставок могут усилить влияние тарифов и неопределенности. Большая часть внешнеторговых товаров является промежуточной продукцией, которая многократно пересекает границы стран, прежде чем превратиться в готовые изделия. Перебои могут распространяться вверх и вниз по цепочке глобальных межотраслевых связей и потенциально создавать значительные эффекты мультипликатора, как мы наблюдали во время пандемии. Компании, столкнувшиеся с неопределенностью в доступе к рынку, в ближайшей перспективе, скорее всего, сделают паузу, снизят инвестиции и сократят расходы. Аналогичным образом, финансовые учреждения будут проводить переоценку рисков заемщиков. Возросшая неопределенность и ужесточение финансовых условий вполне могут оказывать преобладающее влияние на развитие в краткосрочной перспективе, сдерживая экономическую активность, чтоотражается в резком снижении цен на нефть.

Влияние тарифов на валютные курсы носит сложный характер. В США — стране, вводящей тарифы, — национальная валюта может укрепиться, как происходило в предыдущих таких случаях. Однако усиление неопределенности по поводу экономической политики, ухудшение прогноза роста экономики в США и корректировка глобального спроса на долларовые активы, которая до сих пор носила упорядоченный характер, могут оказать давление на доллар, как можно было наблюдать современи объявлений тарифов. В среднесрочной перспективе курс доллара США может снизиться в реальном выражении, если тарифы приведут к снижению производительности всекторе внешнеторговых товаров США по сравнению с его торговыми партнерами.

Риски для мировой экономики возросли, и усиление напряженности в торговле может еще больше замедлить экономический рост. Финансовые условия могут еще больше ужесточиться в связи снегативной реакцией рынков на ухудшение перспектив экономического роста и возросшую неопределенность. Несмотря на сохранение в целом достаточного уровня капитализации банков, финансовые рынки могут столкнуться с более серьезными испытаниями.

Однако перспективы роста экономики могут сразу же улучшиться, если страны смягчат свою текущую торговую политику и заключат новые торговые соглашения. Устранение внутренних дисбалансов может в течение нескольких лет компенсировать экономические риски и привести к увеличению мирового объема производства, внося при этом существенный вклад в устранение внешних дисбалансов. Для Европы это означает увеличение расходов на инфраструктуру в целях ускорения роста производительности. Это также означает усиление поддержки внутреннего спроса в Китае и активизацию бюджетной консолидации в США.

 

В наших рекомендациях по вопросам экономической политики мы призываем к осмотрительным действиям и расширению сотрудничества. Первоочередной задачей должны стать восстановление стабильности в торговой политике и выработка взаимовыгодных договоренностей. Мировой экономике нужна четкая и предсказуемая торговая система, предусматривающая устранение давно существующих недостатков в правилах международной торговли, включая повсеместное использование нетарифных барьеров или других мер, искажающих торговлю. Для этого потребуется улучшение сотрудничества.

Денежно-кредитная политика также должна оставаться гибкой. Одни страны могут столкнуться с более жестким выбором между инфляцией и объемом производства. В других странах в условиях, когда новый инфляционный шок происходит вскоре после предыдущего, может произойти ослабление фиксации инфляционных ожиданий. Странам, которые столкнутся с возобновлением ценового давления, потребуется резко ужесточить денежно-кредитную политику. В других с учетом отрицательного шока спроса будет целесообразно снизить директивные ставки. Во всех случаях важное значение будет иметь доверие к денежно-кредитной политике, а независимость центральных банков остается фундаментальным элементом.

Странам с формирующимся рынком может быть сложно сориентироваться в условиях возросшей внешней волатильности в результате корректировки тарифов и, возможно, затяжного периода неприятия риска. В нашем Целостном подходе к политике* подчеркивается, что важно позволить валютным курсам скорректироваться под влиянием фундаментальных факторов, как происходит сейчас, а также разъясняются конкретные условия, при которых странам рекомендуется проводить интервенции.

В условиях высокого уровня долга, низких темпов роста и повышения финансовых издержек бюджетные органы сталкиваются с более сложным выбором. Большинство стран по-прежнему имеют слишком мало бюджетных возможностей и нуждаются в реализации постепенных и надежных планов консолидации, в то время как некоторые из наиболее бедных стран, также пострадавших от сокращения официальной помощи, могут столкнуться с долговым кризисом.

Новые потребности в расходах еще больше усугубляют уязвимость в бюджетной сфере. Будут все громче звучать призывы увеличить помощь тем, кому грозят серьезные негативные последствия этих потрясений. Такая поддержка должна оставаться узконаправленной и включать в себя автоматические оговорки об ограничении срока действия. Как показывает опыт последних четырех лет, начать предоставление масштабной бюджетной поддержки проще, чем прекратить ее.

Некоторым странам, особенно в Европе, предстоит новое и долговременное увеличение расходов, связанных с обороной. Каким образом их следует финансировать? В случае стран с достаточным бюджетным пространством финансировать за счет долга следует лишь временные дополнительные расходы, такие как временная поддержка для адаптации к новым условиям или первоначальный рост расходов на восстановление оборонного потенциала. Для всех остальных стран новые потребности в расходах должны компенсироваться сокращением расходов в других областях или новыми доходами.

Нельзя забывать о необходимости укрепления экономического роста. Органам государственного управления следует продолжать проводить бюджетные и структурные реформы, которые помогут мобилизовать частные ресурсы и сократить нерациональное использование средств. Им также следует инвестировать в цифровую инфраструктуру и подготовку кадров, которые необходимы длятого, чтобы воспользоваться преимуществами новых технологий, таких как искусственный интеллект.

Наконец, мы должны задаться вопросом, почему наша глобальная система нуждается вперепланировке, и признать, что десятилетия углубления торговых связей способствовали быстрому, но неравномерному экономическому росту. Во многих странах с развитой экономикой возникло обостренное чувство того, что глобализация несправедливо вытеснила множество рабочих мест в отечественной обрабатывающей промышленности. Эти претензии в некоторой степени обоснованны, несмотря на то что доля занятости в обрабатывающей промышленности в странах с развитой экономикой неуклонно снижается в странах как с профицитом торгового баланса, например Германии, так и с дефицитом, например США.

Более глубинным фактором этого упадка является технологический прогресс и автоматизация, а не глобализация: в обеих странах доля обрабатывающей промышленности в общем объеме производства остается стабильной. Оба этих фактора в итоге приносят пользу, но при этом могут иметь крайне деструктивные последствия для отдельных людей и местных сообществ. Всем необходимо стремиться к тому, чтобы обеспечить надлежащий баланс между темпами прогресса или глобализации и устранением связанных с этим потерь.

 

Для этого необходимо, чтобы разработчики политики искали решения вне узких рамок компенсационных трансфертов между «победителями» и «проигравшими», будь то от технологических революций или глобализации. К сожалению, в этом отношении сделано недостаточно, что подтолкнуло многих к принятию антагонистического мировоззрения, всоответствии с которым выгоды одних достигаются только за счет других. Вместо этого важно улучшить понимание этих коренных причин, чтобы мы могли построить усовершенствованную торговую систему, которая предоставляет больше возможностей. Эта цель закреплена в наших Статьях соглашения, которые призывают нас «содействовать расширению и сбалансированному росту международной торговли и за счет этого благоприятствовать достижению иподдержанию высокого уровня занятости и реальных доходов».

Глобальная интеграция не является целью сама по себе. Это средство для достижения цели, важное в той мере, в какой оно способствует повышению уровня жизни для всех.