30 сентября 2013 г.
Согласно новому исследованию МВФ, глобальная паника, спровоцированная финансовым кризисом 2008−2009 годов, привела к беспрецедентному падению объема производства во всем мире, вследствие чего страны какое-то время «шагали в ногу».
Во время кризиса экономические показатели стран находились в большей корреляции, чем обычно.(фото: iStock).
ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ МИРОВОЙ ЭКОНОМИКИ
Согласно новому исследованию МВФ, глобальная паника, спровоцированная финансовым кризисом 2008−2009 годов, привела к беспрецедентному падению объема производства во всем мире, вследствие чего страны какое-то время «шагали в ногу».
В соответствии с исследованием, опубликованным в октябрьском выпуске «Перспектив развития мировой экономики» 2013 года, на пике глобального финансового кризиса объем производства стран мира менялся в унисон, чего ранее не наблюдалось за последнее время. Корреляция темпов роста ВВП различных стран была умеренной до кризиса, но резко усилилась в 2007−2009 годах (см. рис. 1).
Усиление корреляции или «параллельной динамики» не ограничивалось странами с развитой экономикой, которые наиболее пострадали от кризиса, и наблюдалось во всех географических регионах. Как и в случае прошлых эпизодов, когда имели место всплески корреляции объема производства, данное усиление корреляции было временным. В действительности, начиная с 2010 года, параллельная динамика объема производства практически вернулась к докризисному уровню, несмотря на дальнейшие экономические потрясения в Европе.
Продолжаются оживленные дискуссии по вопросу о том, что вызвало глобально синхронизированный спад и подъем экономики, а также о том, что в целом вызывает параллельные изменения в экономике стран.
Наиболее вероятным объяснением служат торговые и финансовые связи, посредством которых шоки могут распространяться от одних стран к другим.
Кроме того, возможно, что большая параллельная динамика объема производства была обусловлена сильными общими шоками, которые одновременно затронули многие страны приблизительно в одно и то же время, такими как неожиданное усиление финансовой неопределенности или появление тревожных сигналов, вызвавших изменение восприятия инвесторами ситуации в мире.
Наконец, возможно, что изменился характер шоков. Во время глобального финансового кризиса стали сильнее ощущаться шоки в финансовых секторах стран, такие как банковские кризисы и замораживание ликвидности. В период кризиса эти финансовые шоки могут быстрее распространяться на другие страны, чем шоки спроса и предложения, которые преобладают в нормальные периоды.
Глобальные всплески
Даже несмотря на то, что финансовые связи могли сыграть определенную роль в усилении параллельной динамики, в исследовании делается вывод о том, что крупные всплески корреляции регионального и глобального объема производства обычно имеют место во время финансовых кризисов, например в Латинской Америке в 1980-х годах и в Азии в 1990-х годах. Более того, когда кризис происходит в экономике такой страны, как США (крупная экономика, которая также является глобальным финансовым центром), эффект синхронизации глобального объема производства оказывается непропорционально сильным. Финансовые шоки в США породили вторичные эффекты во время кризиса 2007−2009 годов, которые были приблизительно в четыре раза сильнее, чем в другие периоды. Другими словами, глобальный финансовый кризис оказал значительно более сильное воздействие на объем производства, чем можно было бы предположить исходя из масштабов базового финансового шока в США.
В противовес ожиданиям, вклад торговых связей в распространение финансового стресса от одних стран к другим был незначительным. Финансовые связи способствовали распространению финансового стресса через границы, но другие факторы, такие как глобальная паника, возросшая неопределенность и тревожные сигналы, изменившие оценки риска и прибыли инвесторами, сыграли роль общих шоков и значительно сильнее повлияли на усиление синхронизации объема производства.
Межстрановые связи
Тот факт, что параллельная динамика в настоящее время сократилась, не означает, что разработчики политики могут пренебречь воздействием внешних шоков, таких как замедление экономического роста или ужесточение денежно-кредитной и налогово-бюджетной политики в ведущих странах. Однако им не следует в равной мере беспокоиться по поводу всех потенциальных шоков.
Во-первых, важен размер экономики. С глобальной точки зрения, наибольшее значение по-прежнему имеют США, хотя еврозона, Китай и Япония являются важными «источниками» вторичных эффектов в своих регионах.
Во-вторых, масштаб вторичных эффектов зависит от характера шока и силы связей с экономикой, в которой начался шок. Например, в то время как ужесточение налогово-бюджетной политики в США или еврозоне в наибольшей степени затронет страны, которые имеют с ними более сильные торговые связи, последствия нормализации процентных ставок в США, главным образом, ощутят страны, привязавшие свою валюту к доллару США посредством механизма процентных ставок (см. рис. 2). Напротив, страны со свободно плавающим валютным курсом могут рассчитывать на то, что он будет играть роль амортизатора шоков.
Издержки и выгоды финансовой интеграции
Традиционная точка зрения о том, что финансовая глобализация неизменно ведет к большей параллельной динамике объема производства стран, неверна до тех пор, пока нет кризиса. Финансовые стрессы действительно передаются от одних стран к другим посредством финансовых связей, но в нормальные периоды, когда преобладают реальные шоки спроса и предложения, они способствуют эффективному международному распределению капитала. Они помогают направить капитал в наиболее продуктивные сферы его использования. Главной задачей является сохранение преимуществ более высокой финансовой интеграции при сокращении до минимума сопутствующих рисков посредством более эффективного надзора, включая улучшение координации политики и сотрудничества.
© 2026 International Monetary Fund. All rights reserved.