На протяжении как минимум 150 лет глобальные экономические силы поочередно сближали страны и отдаляли их друг от друга. Со времен промышленной революции и возникновения первой поистине глобальной экономики в XIX веке страны, в зависимости от геополитических, идеологических, технологических и других факторов, стремились то к усилению экономической интеграции, то к большей изоляции. Сегодня мы, возможно, переживаем очередной поворотный момент в истории глобализации. Так что же это за мощная сила, которая оказывает такое значительное влияние на мировую экономику? Как она изменяется? И можно ли ее усовершенствовать?
Под глобализацией понимается процесс установления более тесных связей в мировой экономике посредством потоков товаров, услуг, инвестиций, технологий, данных, идей и работников. Она началась около 1870 года и получила развитие в десятилетия после Второй мировой войны, когда страны начали снижать ограничения на потоки капитала и торговые потоки в ожидании повышения роста и благосостояния.
Этот процесс начался в рамках геополитических и региональных блоков, а затем расширился после падения Берлинской стены, финансового дерегулирования и раундов либерализации торговли, которые привели к созданию Всемирной торговой организации (ВТО) в 1995 году. Дальнейший импульс ему придало развитие технологий, которые снизили издержки, связанные с торговыми и финансовыми операциями. Морские и воздушные перевозки стали дешевле благодаря таким инновациям, как контейнерные перевозки, глубоководные порты и реактивные двигатели.
Организационные и транзакционные издержки еще больше снизились в результате широкого внедрения информационно-коммуникационных технологий — от появления факсимильных аппаратов до персональных компьютеров и мобильных устройств, а также продолжающегося глобального развертывания подключения к Интернету. В результате мир стал казаться меньше, а вести бизнес за границей стало проще.
Плюсы и минусы
Эти изменения обнаружили огромный скрытый потенциал для создания стоимости в мировой экономике. Производственная деятельность была разделена на несколько этапов, что позволило осуществлять каждый этап производства там, где это можно было сделать более эффективно. Эта реорганизация производства означала, что те же самые ресурсы обеспечивали производство большего объема продукции, чем раньше. В то же время внешняя конкуренция подтолкнула компании к повышению производительности. Потребители, со своей стороны, смогли получить доступ к большему разнообразию товаров по более доступным ценам.
Большинство экономистов считает, что глобализация и, в частности, торговые реформы в целом оказали положительное влияние на экономический рост, особенно для стран, которые до этого были менее интегрированы. Развивающиеся страны в особенности выиграли от участия в глобальных цепочках создания стоимости — разветвленных производственных сетях, охватывающих весь мир, — потому что им не нужно было развивать совершенно новые отечественные отрасли для экспорта более сложной продукции. В период расширения глобализации страны мира сблизились по уровню доходов, а уровень бедности снизился с 47 процентов в 1980 году до 16 процентов в 2010 году.
Однако у глобализации были и свои недостатки. Внутри стран переход к новой структуре производства иногда был трудным, так как работники и капитал должны были перемещаться из одной отрасли в другую. Меры внутренней экономической политики, такие как поддержка рынка труда и программы социального страхования, призванные облегчить эту адаптацию, сильно различаются. Одни страны справились с этим процессом лучше, чем другие. В ряде стран и отраслей работники, особенно с низкой квалификацией, потеряли работу или столкнулись со снижением заработной платы. Эти негативные последствия были сильными, иногда жесткими и часто продолжительными.
Некоторые экономисты считают, что глобализация сферы финансов повысила волатильность мировой экономики и ее подверженность кризисам. По их словам, укрепление макроэкономического управления и институтов может помочь предотвратить это. Глобализация, возможно, также способствовала росту неравенства доходов за последние четыре десятилетия, но надо полагать, что различия в подходах стран к налогообложению и перераспределению сыграли более значительную роль, как и технологические достижения, которые принесли выгоду высококвалифицированным работникам и инвесторам.
Оценка глобализации
Традиционно глобализация измерялась такими статистическими показателями, как открытость торговли, которая представляет собой общую стоимость импорта и экспорта в процентах ВВП, или открытость для прямых иностранных инвестиций, а также мерами экономической политики, такими как тарифы и ограничения на операции с капиталом. Другие аспекты глобализации отражаются в стоимости ежедневных трансграничных финансовых операций или количестве виз для иностранных студентов и работников. Если посмотреть на эту статистику в совокупности, то можно увидеть, что глобализация быстро расширялась с 1980-х годов до мирового финансового кризиса, после чего ее динамика не менялась. Однако учитывая изменения в мировой экономике, эта история является чрезмерно упрощенной.
Новые показатели, учитывающие участие в глобальных цепочках создания стоимости и торговлю услугами, особенно цифровыми услугами, показывают, что по факту в некоторых областях глобализация ускорилась. Товарная продукция все чаще содержит добавленную стоимость, создаваемую в разных странах и секторах, не связанных с потребителями. Учет этой включенной добавленной стоимости имеет решающее значение для оценки торговой интеграции и правильного определения относительно сильных и слабых секторов каждой страны. Глобальное увеличение доли внешней добавленной стоимости в экспорте с примерно 19 процентов в середине 1990-х годов до 28 процентов в 2022 году указывает на дальнейшее углубление торговой интеграции.
Между тем, благодаря развитию цифровых технологий оказание услуг между странами стало проще. Цифровые услуги, включая бухгалтерский учет, дизайн и услуги средств массовой информации, уже составляют 54 процента торговли услугами вследствие ежегодного прироста на 8 процентов в течение последних двух десятилетий. Эти цифровые услуги являются потенциальной движущей силой для развития в будущем.
Несмотря на то что эти показатели говорят о состоянии глобализации, появляются трещины. Повышенная озабоченность по поводу национальной безопасности и устойчивости цепочек поставок, перемежающаяся с пандемией COVID-19, войной России в Украине и усилением геополитического соперничества, подтолкнула директивные органы к переориентации на внутренний рынок.
Расширяется применение мер на стыке торговли и национальной безопасности и распространяются ограничения на торговлю и прямые иностранные инвестиции, число которых увеличилось с 2018 года примерно в три раза. Промышленная политика возвращается, и в 2023 году меры, нарушающие торговлю, затронули не менее одной пятой части мировой торговли. Введение многих из этих ограничений вызывает ответную реакцию, усиливая напряженность в отношениях между торговыми партнерами. Система многосторонней торговли мало что может предложить в ответ, и это ослабляет доверие к ней.
Есть и другие тревожные тенденции. Недавние исследования указывают на смещение торговли в сторону геополитически более близких партнеров, особенно в стратегических секторах. Однако вместо того чтобы снизить факторы уязвимости, это может просто привести к удлинению цепочек поставок и увеличению издержек. Даже цифровые услуги, которые потенциально являются положительным фактором для мировой экономики, сталкиваются с высоким уровнем политических ограничений, которые усилились за последнее десятилетие.
Распределение благ
Преимущества глобализации стоит сохранять и приумножать. Тем не менее поддержка продолжения открытой экономической политики столкнулась с сопротивлением вследствие опасений по поводу неравенства, увольнений работников и недобросовестной конкуренции. Некоторые оппоненты указывают на чрезмерную зависимость от геополитических соперников, особенно в период кризиса, как во время пандемии.
Обращение глобализации вспять почти наверняка сведет на нет ее достижения, приведет к увеличению бедности и увеличит издержки переходного периода. Исследование МВФ показывает, что глобальные потери от фрагментации торговли могут составить от 0,2 до 7 процентов ВВП. С учетом технологического разрыва издержки могут быть выше. Поэтому крайне важно, чтобы директивные органы объединились ради сохранения и расширения преимуществ глобализации, а также повышения ее устойчивости.
Как директивные органы могут этого добиться? Наиболее существенной составляющей является обеспечение надлежащего функционирования системы правил глобальной торговли, на которой основана ВТО, в целях поддержания открытости торговли и обеспечения стабильности и предсказуемости, которые имеют важное значение для торговли и экономического роста. Это в обязательном порядке предполагает совместную работу правительств над устранением основных источников торговых споров. Важное значение имеют ускорение реформ ВТО в целях повышения прозрачности и соблюдения правил, в том числе в отношении субсидий, восстановление полноценного функционирования системы урегулирования споров, а также обновление свода правил с учетом увеличения доли услуг и цифровой торговли в мировой экономике.
Плюрилатеральные соглашения между подгруппами членов ВТО, заинтересованных в углублении сотрудничества в конкретных областях, могут способствовать продвижению реформ в сфере электронной коммерции и упрощения процедур в области инвестиций, не препятствуя присоединению других стран.
Еще одной важной областью для директивных органов является усиление мер внутренней политики, направленных на более справедливое распределение выгод от торговли, глобализации и технологического прогресса. Для того чтобы быть успешными, они должны строиться на прочном фундаменте разумного макроэкономического управления, финансового регулирования и надзора, чтобы избежать накопления рисков, связанных с финансовой глобализацией, и они должны включать налоговую систему, ориентированную на эффективную мобилизацию доходов.
Рынок труда и меры налогово-бюджетной политики являются ключевыми инструментами для решения проблем увольнения работников и неравенства и приобретают все большее значение для противодействия сбоям, вызванным новыми технологиями, особенно искусственным интеллектом. Эти меры дополняются предоставлением высококачественных основных государственных услуг, включая образование, здравоохранение и социальную защиту.
Наконец, в период неопределенности международные организации могут сыграть ключевую роль, выступая в качестве буфера на случай непредвиденных обстоятельств, продвигая общепринятые правила и выступая в качестве посредника для расширения диалога и сотрудничества, даже когда преобладающие мнения имеют противоположную направленность.
Адам Якубик — экономист Департамента по вопросам стратегии, политики и анализа МВФ.
Элизабет Ван Хевелен — старший экономист Департамента по вопросам стратегии, политики и анализа МВФ.
© 2026 International Monetary Fund. All rights reserved.
