Официальные органы должны не отставать и оперативно принимать ответные меры, поскольку цифровые инструменты ускоряют совершение финансовых преступлений.
ЧАДИ ЭЛЬ-ХУРИ — заместитель генерального юрисконсульта и начальник отдела Юридического департамента МВФ.
Мнения, выраженные в статьях и других материалах, принадлежат авторам и не обязательно отражают политику МВФ.
ИЗОБРАЖЕНИЕ: TonyBaggett/iStock
В июне Министерство юстиции США объявило о крупнейшем в истории страны изъятии криптовалюты: 225 млн долларов США от мошенничества с криптовалютой, известного как «забой свиней», при котором организованные преступные группы, часто из-за границы, используют передовые технологии и социальную инженерию, например романтические отношения или инвестиционные схемы, чтобы манипулировать жертвами. Обычно это включает в себя использование созданных ИИ профилей, зашифрованных сообщений и скрытых блокчейн-транзакций для сокрытия и перемещения похищенных средств.
Это стало большим достижением правоохранительных органов. Федеральные агенты сотрудничали с разными юрисдикциями и использовали блокчейн-анализ и машинное обучение для отслеживания тысяч кошельков, используемых для мошеннических действий с более чем 400 жертвами. Однако эта редкая победа также высветила тот факт, что официальным органам часто приходится «играть в догонялки» в быстро меняющемся цифровом мире. А мошенников все еще множество.
Преступники опережают правоохранительные органы, адаптируясь все быстрее. Они выбирают самые изощренные инструменты для своих схем — от отмывания денег с помощью криптовалюты и выдачи себя за другого человека с помощью ИИ до создания дипфейков, зашифрованных приложений и децентрализованных бирж. При этом возможности официальных органов перед лицом анонимных угроз, не знающих государственных границ, ограничиваются юрисдикцией, процедурами и устаревшими системами.
По данным Chainalysis, нью-йоркской компании, которая занимается блокчейн-анализом и специализируется на оказании помощи следователям по уголовным делам в отслеживании операций, в последние годы ежегодный рост незаконной деятельности, связанной с криптовалютой, составляет в среднем примерно 25 процентов и, возможно, превысил 51 млрд долларов США в прошлом году.
Злоумышленники по-прежнему зависят от наличных денег и традиционных финансов, а конкретно для отмывания денег полагаются на банки, неофициальные обменные пункты и курьеров наличных. Однако старые методы подкрепляются или усиливаются технологиями, чтобы не дать выявить и пресечь эти операции.
Приложения для обмена зашифрованными сообщениями помогают картелям координировать трансграничные операции. С помощью стейблкоинов и слабо регулируемых платформ виртуальных активов можно скрывать взятки и присвоенные средства. Киберпреступники используют сгенерированные ИИ идентификационные характеристики и ботов, чтобы обманывать банки и обходить устаревшие средства контроля. Ведомствам с ограниченными ресурсами практическим невозможно отследить доходы, получаемые организованной преступностью.
ИИ снижает барьеры для входа. C помощью клонирования голоса и генераторов поддельных документов мошенники обходят протоколы верификации, до сих пор используемые многими банками и регуляторами. Их инновационные решения расширяются, в то время как системы контроля за соблюдением законодательства отстают. Органы государственного управления признают наличие угроз, но их ответные меры носят разрозненный и непоследовательный характер, в том числе в части регулирования криптовалютных бирж. Кроме того, имеются задержки в реализации «правила контроля трансграничных переводов» Международной группы по борьбе с финансовыми злоупотреблениями (ФАТФ), направленного на улучшение идентификации лиц, которые отправляют и получают денежные средства через границы, через которые проходит большая часть доходов от цифровых операций.
Между тем, контроль за международными финансовыми потоками все больше усложняется за счет мгновенных переводов на децентрализованных платформах и инструментов повышения анонимности. Большинство платежей по-прежнему проходят через нескольких посредников, часто наслаивая трансграничные операции через устаревшие банки-корреспонденты, которые мешают отслеживанию транзакций и замедляют их проведение, увеличивая при этом издержки. Это помогает преступникам использовать пробелы в надзоре, координацию между юрисдикциями и технологические возможности для трансграничных операций, которые часто остаются незамеченными.
Каналы безопасных платежей
Существует параллельная интерпретация. Преступники используют инновации для обеспечения секретности и скорости, в то время как компании и органы государственного управления проверяют возможности координации в снижении факторов уязвимости и модернизации трансграничной инфраструктуры. В то же время технологические последствия в части борьбы с отмыванием денег и финансированием терроризма (ПОД/ФТ) остаются недостаточно изученными.
Например, связанные системы быстрых платежей в Сингапуре и Таиланде позволяют осуществлять розничные переводы в режиме реального времени с использованием мобильных номеров; Индонезия и Малайзия используют соединенные QR-коды для трансграничных платежей. Такие инновации обеспечивают эффективность и доступ к финансовым услугам, но при этом создают новые проблемы, связанные с верификацией персональных данных, мониторингом транзакций и координацией между органами регулирования (см. статью «Развитие трансграничных платежей в Юго-Восточной Азии» в этом выпуске ФиР).
В Индии Единый платежный интерфейс обеспечивает беспрепятственные переводы между приложениями и платформами, высвечивая преимущества операционной совместимости. Более 18 млрд транзакций в месяц, многие из которых совершаются между конкурирующими платформами, показывают, как открытый характер систем и стандартизация позволяют расширить масштабы и доступ к финансовым услугам. Объем цифровых платежей в Индии увеличился быстрее, когда повысилась операционная совместимость, особенно на фрагментированных рынках, где переход между платформами требовал больших затрат, как показывают исследования МВФ (см. статью «Беспрепятственные платежи в Индии» в этом выпуске ФиР).
Эти региональные инновации и глобальные инициативы отражают растущее понимание того, что борьба с преступностью и обеспечение доступа к финансовым услугам являются взаимосвязанными приоритетными задачами, особенно в условиях, когда преступники постоянно оказываются на шаг впереди. ФАТФ подтвердила эту обеспокоенность, призвав страны разработать меры контроля в области ПОД/ФТ, которые способствуют доступу к финансовым услугам и инновациям. Более того, представленная в июне рекомендация ФАТФ знаменует собой значительный прогресс. Требование предоставления информации об отправителе и бенефициаре для трансграничных переводов, в том числе с использованием виртуальных активов, повысит возможности отслеживания операций в быстро развивающейся цифровой финансовой экосистеме.
Подобные усилия служат важными примерами того, как технологии дают преимущества преступникам, но использование технологий также должно быть частью ответных мер органов регулирования.
Модернизация систем трансграничных платежей и снижение непреднамеренных барьеров в сфере ПОД/ФТ во все большей степени означают сосредоточение внимания на прозрачности, операционной совместимости и регулировании на основе оценки рисков. Этому способствует работа МВФ над «каналами безопасных платежей», помогая странам создавать надежные, защищенные каналы для законных финансовых потоков без ущерба для развития новых технологий. Пилотный проект в Самоа, где меры по снижению рисков привели к нарушению денежных переводов, показал, как адресные меры безопасности и сотрудничество с регулируемыми поставщиками могут сохранить доступ при поддержании добросовестности финансовых операций, не нарушая работу по использованию новых платежных платформ.
Машинное обучение
Одни страны, руководствуясь рекомендациями МВФ, инвестируют в машинное обучение, чтобы выявлять аномалии в трансграничных финансовых потоках, а другие ужесточают регулирование поставщиков услуг в области виртуальных активов. Органы государственного управления развивают свои собственные возможности по отслеживанию криптовалютных переводов, и к этой работе часто привлекаются компании по блокчейн-анализу.
Проведенный МВФ анализ трансграничных потоков и обновленные правила ФАТФ взаимно усиливают друг друга. При согласованной реализации они могут способствовать совмещению цифровой эффективности с добросовестностью финансовых операций. Для этого необходимо адаптировать правовую основу с тем, чтобы обеспечивать своевременный доступ к цифровым доказательствам с сохранением надлежащей правовой процедуры. Модели надзора должны развиваться таким образом, чтобы надзор осуществлялся как за банками, так и за небанковскими финансовыми учреждениями, предлагающими трансграничные услуги. Органы регулирования и финтех-компании должны быть партнерами, а устойчивое многостороннее взаимодействие должно способствовать развитию стандартов операционной совместимости, обеспечивающих быстрые, дешевые, прозрачные и отслеживаемые трансграничные платежи при соблюдении конфиденциальности.
Органы государственного управления должны идти в ногу со временем. Это означает инвестиции в технологии регулирования, такие как мониторинг транзакций с помощью ИИ и блокчейн-анализ, а также предоставление ведомствам инструментов и экспертных решений для выявления сложных криптосхем и мошенничества с использованием фиктивных личных данных. Учреждения должны не отставать от преступников, нанимая и удерживая экспертов по обработке данных и специалистов по финансовым преступлениям. Виртуальные активы должны стать объектом регулирования в сфере ПОД/ФТ, государственно-частные партнерства должны совместно разрабатывать инструменты для выявления возникающих рисков, а глобальные стандарты ФАТФ и Совета по финансовой стабильности должны быть подкреплены национальными инвестициями в эффективные системы ПОД/ФТ.
Важное значение имеет последовательная и скоординированная реализация. Разрозненные усилия оставляют преступникам лазейки. Их растущее технологическое преимущество над органами государственного управления грозит нарушить добросовестность финансовых операций, дестабилизировать экономику, ослабить и без того хрупкие институты и подорвать общественное доверие к системам, призванным обеспечивать безопасность и справедливость. В условиях, когда преступные группировки внедряют и адаптируют новые технологии, чтобы быть на шаг впереди правоохранительных органов, это ведет не только к бюджетным затратам, но и к структурным и системным издержкам. Органам государственного управления нельзя ждать — ведь преступники не ждут.
© 2026 International Monetary Fund. All rights reserved.
