Страны, привлекающие самых талантливых людей мира, добьются наибольших успехов в преодолении растущего давления на экономику со стороны стареющего населения и снижения производительности. Тем не менее иммиграция не всегда пользуется поддержкой в обществе. Прекратятся ли потоки иностранных специалистов, которых я в своей книге называю «даром»? Ни в коем случае, но директивным органам потребуются новые системы.
На чем основан этот оптимизм? Несмотря на надвигающийся кризис на рынке труда во многих странах за пределами Африки и некоторых других развивающихся стран, в США, Австралии, Канаде, Соединенном Королевстве, большой части Европы и других странах общественная поддержка иммиграции в последнее время снизилась. Однако часто такое снижение происходит после рекордно высоких уровней поддержки. Опросы Гэллапа, проводимые с 1960-х годов, показывают, что в начале 2020-х годов поддержка иммиграции в США в целом достигла своего пика. Несмотря на последующее резкое снижение поддержки, она по-прежнему сопоставима с уровнем 2010 года и выше, чем в предыдущие десятилетия.
Более того, недавние опросы по-прежнему демонстрируют широкую поддержку миграции, ориентированной на занятость или экономику. Опрос Echelon Insights 2024 года выявил широкую двухпартийную поддержку иммиграции высококвалифицированных кадров в США. Предстоят важные дебаты о миграции на основе занятости, которые потребуют нового мышления о том, как более широко распределять в принимающих странах пользу, приносимую зарубежными специалистами, но в целом общественное мнение по-прежнему настроено весьма благоприятно.
Главная роль таланта
Есть несколько основных фактов, подчеркивающих связь между миграцией и талантом. Во-первых, исключительно талантливые люди мигрируют быстрее, чем население в целом. Примерно 5,4 процента работников с высшим образованием живут за пределами своих родных стран по сравнению с 1,8 процента выпускников средних школ. Кроме того, изобретатели и лауреаты Нобелевской премии мигрируют в два и в шесть раз чаще, чем, соответственно, работники с высшим образованием. В связи с этим во многих принимающих иммигрантов странах значительна и продолжает расти доля иностранцев в квалифицированной рабочей силе, особенно в областях, связанных с наукой и техникой.
Более того, квалифицированные иммигранты часто стремятся попасть в особые места. С 1970-х годов произошел взрывной рост работы, основанной на знаниях, и сопутствующий ему сдвиг в географии инноваций. В моей совместной работе с Брэдом Чаттергуном представлена количественная оценка этого сдвига в отношении американских патентов, которая показывает, что в шести технологических центрах доля патентов утроилась с 11,3 процента в 1975–1979 годах до 34,2 процента в 2015–2019 годах (из более чем 300 мегаполисов). Подобные кластеры-лидеры имеются также в творческой/медийной индустрии, финансах и быстрорастущем предпринимательстве.
Зарубежные специалисты играют одну из центральных, а может быть, даже главную роль в развитии этих кластеров талантов. Вновь прибывшие из-за рубежа в поисках возможностей для учебы или трудоустройства, будучи ничем не ограничены, как правило, ищут наиболее привлекательные возможности. Помогая кластеру расширяться и повышая его производительность, зарубежные специалисты повышают ценность этого кластера, делая его еще более привлекательным для вновь приезжих. Поскольку кластер выполняет для глобальных рынков работу, ориентированную на знания, он может объединить множество талантов в одном месте. (Однако не стоит точно так же собирать стоматологов в одном городе).
Этот процесс дает много поводов для радости, и повышение производительности и благосостояния — не игра с нулевой суммой. Многие директивные органы активно содействуют созданию кластеров в своих странах, и зарубежные специалисты служат одним из ключевых факторов. Однако директивным органам необходимо обратить внимание на уязвимые места.
Уязвимые места
Недовольство может возникнуть и внутри самих кластеров талантов. Рост — это хорошо до тех пор, пока его не становится слишком много. Это наиболее ярко проявилось в раздражении по поводу роста цен на жилье и снижении поддержки иммиграции, особенно в Канаде (хотя с исторической точки зрения ее граждане по-прежнему относительно благосклонно настроены по отношению к иммигрантам). Возмущение также проявляется из-за переполненных школ или больниц. В реальности ситуация здесь непростая.
Довольно часто зарубежных специалистов обвиняют в создании уже существующего кризиса. Например, коренными причинами нехватки жилья являются не сами мигранты, а строгие правила, ограничивающие строительство новых домов.
И все же директивные органы должны признать наличие напряженности. Ведущие предприниматели часто выступают за миграцию на основе занятости, потому что они хотят трудоустроить работников. Эта позиция в поддержку миграции показывает, что у них есть возможность использовать специалистов со всего мира, а также они весьма умело расширяют производство. Изобретения в Хельсинки или Кремниевой долине можно воплотить в жизнь благодаря глобальным цепочкам поставок. Однако потенциал других местных ресурсов, будь то жилье или школы, может быть более ограниченным, и его расширение занимает больше времени. Директивные органы должны ослаблять эту напряженность путем регулирования темпов прибытия специалистов из-за рубежа и устранения имеющихся в этой сфере узких мест. Страны, успешно осуществляющие эти взаимодополняющие виды деятельности, могут получить от зарубежных специалистов максимальную отдачу.
Еще одним источником недовольства являются разногласия между теми, кто находится в кластерах талантов, и теми, кто находится вне их. Даже для миграции на основе занятости политика имеет большее значение, чем экономика. Когда часть населения склонна к недоверию или откровенной неприязни к высокообразованным людям, живущим в кластерах талантов («элита»), они могут еще более скептически относиться к зарубежным специалистам («иностранная элита»).
Грамотным директивным органам, которые смогут сгладить эту напряженность, общественность предоставит больше свободы принимать высококвалифицированных иммигрантов. В США, например, растет интерес к «визам в центр страны», позволяющим более равномерно распределить иностранных специалистов по территории страны. Размещение иностранных специалистов в сельской местности, может, и не даст такого же роста производительности, как в крупном кластере, но расширение политической поддержки и увеличение общей выгоды для страны необходимы с политической точки зрения.
Скажет ли она «да»?
В предстоящем соперничестве за иностранных специалистов страны скоро поймут, что им следует привлекать мигрантов, а не просто их впускать. Потоки зарубежных специалистов имеют важное значение для привлечения лучших умов в такие новые области, как искусственный интеллект. Даже если в данный момент отношение к иммиграции скептическое, мудрые директивные органы не пойдут на краткосрочные решения, которые будут иметь долгосрочные негативные последствия. О чем в первую очередь следует подумать при привлечении иностранных специалистов?
Во-первых, необходимо обратить внимание на «образовательный путь». Миграция на основе занятости неразрывно связана с решениями об образовании. Многие работодатели используют рабочие визы для найма молодых талантов, оканчивающих университет, и в работе Такао Като и Чада Спарбера демонстрируется, что наиболее успевающие студенты выбирают учебные заведения исходя из возможностей трудоустройства в будущем. Меры политики в области образования и трудоустройства зачастую противоречат друг другу, что приводит к болезненным переменам или даже к отторжению тех самых специалистов, которые страна больше всего хотела бы сохранить и в обучение которых часто инвестирует государственные средства. Директивные органы должны обеспечить, чтобы этапы иммиграционного процесса — студенческие визы, рабочие визы, вид на жительство и т. д. — были хорошо сбалансированы.
Во-вторых, привлечение зарубежных специалистов служит дополнением к местным инвестициям. Выбор места учебы или начала карьеры часто напоминает инвестиции сродни покупке дома. Этот долгосрочный горизонт планирования означает, что иностранные специалисты уделяют первоочередное внимание тем же критериям места жительства, что и местные жители, например, хорошим школам, качественной инфраструктуре и безопасным районам. Кроме того, на созданных предпринимателями-иммигрантами, предприятиях используется местная рабочая сила. Таким образом, привлечение иностранных специалистов не может заменить инвестиции в местные школы и общественные блага.
В-третьих, неопределенная политика сдерживает долгосрочные инвестиции. Неопределенность останавливает нас при принятии важных долгосрочных решений, будь то открытие химического завода, вступление в брак или эмиграция в поисках возможностей для образования и трудоустройства. Многие иммиграционные системы, включая американскую, функциональны, но не всегда удобны для пользователя. Это не было проблемой, пока мигранты были уверены, что их инвестиции в конечном итоге будут признаны и должным образом вознаграждены. Когда иммигранты теряют веру в долговечность системы и ее способность выполнить свои обещания, привлекательность страны по-настоящему снижается. Стабильная политическая основа чрезвычайно важна для привлечения лучших специалистов.
В-четвертых, иммиграционная политика должна иметь гибкую структуру. Некоторые страны, такие как Канада, способны к «проектированию иммиграции», что можно кратко описать как способность экспериментировать с политикой, корректировать ее исходя из наблюдаемых результатов, пересматривать ее по мере наработки новой информации и так далее. В США, с другой стороны, значительные изменения происходят раз в несколько десятилетий. Директивные органы, действующие в жестких политических условиях, должны разработать гибкие меры политики, например, автоматическую корректировку ограничений на выдачу виз на основе легко индексируемых данных, таких как рост населения.
Наконец, иммиграционная политика должна обеспечивать эффективное распределение ограниченного числа виз. В странах существуют различные приоритеты в отношении механизмов иммиграции и отбора. Если иммиграция основана на экономике и занятости, во многих системах используются лотереи или процедуры по принципу «живой очереди», и приоритет не отдается действительно редким навыкам. Директивные органы должны пересмотреть свои процедуры, чтобы обеспечить отбор лучших кандидатов. Это позволит получить максимальный экономический эффект от вливания специалистов и усилить политическую поддержку иммиграции.
И кстати, что касается подзаголовка, то в потоках зарубежных специалистов женщины представлены чаще мужчин. К 2010 году число высококвалифицированных мигрантов-женщин в странах Организации экономического сотрудничества и развития превысило число мужчин. Поскольку число женщин, поступающих в колледжи и университеты, по-прежнему опережает число поступающих мужчин, этот разрыв, возможно, продолжит увеличиваться. Директивным органам будет полезно учесть эту реальность в сформированном ими мысленном образе потока иностранных специалистов и подумать о том, какие аспекты важны для женщин при выборе стран для потенциальной миграции.
Конкурентоспособные команды победителей
Дальновидные лидеры хотят, чтобы их страны успешно решали проблемы завтрашнего дня, будь то старение населения, снижение производительности, ухудшение климата или усиление политической напряженности в мире. Для достижения страной успеха, так же как и для бизнеса, очень важно сформировать конкурентоспособную команду победителей. Пытаясь приспособиться к переходу к работе, основанной на знаниях, компании все чаще расширяют «функции по работе с людьми», ограничивающиеся административным обеспечением найма сотрудников и соблюдения требований внутреннего распорядка, предоставляя работникам право голоса при обсуждении стратегии. Доступ к специалистам часто определяет возможную стратегию компании, поэтому эти два элемента должны разрабатываться в совокупности. Это же можно сказать и о странах.
А что насчет благосостояния стран происхождения мигрантов? Для некоторых стран переезд специалистов за границу стал потерей, а другие от него выиграли (иногда это неуклюже называют «утечкой мозгов» и «притоком мозгов»). Это во многом зависит от того, насколько прочны связи между странами, и хотят ли компании в принимающих странах наладить экономические отношения со странами, откуда прибыли зарубежные специалисты. Как говорится в моей книге, некоторые страны происхождения мигрантов проводят политику, направленную на укрепление этих связей. Как ни странно, наибольшую выгоду от потока иностранных специалистов странам происхождения мигрантов может принести повышение уровня образования молодых людей, которые надеются уехать за границу, потому что в конечном счете многие из них никуда не уезжают.
Когда мы говорим о работниках в целом, затем о работниках с высшим образованием, изобретателях и, наконец, о лауреатах Нобелевской премии, доля зарубежных специалистов в рабочей силе неуклонно растет. В то время как национальные стратегии стран в отношении передовых технологий формируются под влиянием многих внутренних и международных факторов, доступ к зарубежным специалистам устанавливает верхний предел того, насколько далеко страна может зайти в своих устремлениях.
