ИЗОБРАЖЕНИЕ: Christopher Pike/Bloomberg para Getty Images
Молодое, образованное и растущее население, а также одна из самых высоких в мире степеней проникновения мобильной связи, Интернета и смартфонов — все это свидетельствует о том, что на Ближнем Востоке и в Северной Африке имеется благодатная почва для финансовых инноваций. Тем не менее регион отстает в плане использования цифровых банковских услуг и внедрении финтеха. Чтобы воспользоваться открывающимися обширными возможностями, необходимо преодолеть серьезные трудности, в том числе протекционистский подход в сфере регулирования. В разных странах используются различные подходы к регулированию, но в целом из всех стран с формирующимся рынком и развивающейся экономикой этот регион обладает самым большим потенциалом в плане реформ, особенно в области нормативного регулирования внутренних финансовых операций, рынка труда и управления. У стран Ближнего Востока, которые стремятся диверсифицировать свою экономику путем привлечения частного сектора и сокращения роли государственного сектора, обеспечения более широкого доступа к финансовым услугам и ускорения роста прямых иностранных инвестиций, нет иного выбора, кроме как использовать финансовые инновации.
Арабский мир обладает значительным демографическим преимуществом. Треть населения здесь моложе 30 лет, и массовый переход к взрослой жизни в следующем десятилетии требует расширения продуктов и услуг, ориентированных на новые домохозяйства. Многие из них будут представлять собой семьи с двойным доходом, поскольку все большее число женщин будет выходить на рынок труда. Этот демографический сдвиг также требует диверсификации и роста экономики, чтобы стимулировать создание новых рабочих мест. Именно этими потребностями объясняется стремление правительств многих стран региона, особенно в странах Персидского залива, к экономическим преобразованиям. В ряде стран, особенно в крупных экономиках Саудовской Аравии и Объединенных Арабских Эмиратов, возможность получения демографического дивиденда становится все более реальной, а его вторичный эффект может способствовать процветанию других стран. Как свидетельствует опыт других стран с формирующимся рынком, финтех помогает расширять доступ к финансовым услугам, что является одним из ключевых факторов, обеспечивающих экономический рост и способствующих повышению его темпов.
Внедрение мобильных технологий в регионе обеспечивает ему значительный потенциал как рынка цифровых финансовых продуктов, особенно среди молодых людей, которые с детства знакомы с цифровыми технологиями. Одним из ярких свидетельств бурно растущего спроса является ускоренное распространение безналичных платежей во время пандемии COVID-19. В ОАЭ доля безналичных платежей (в эту категорию входят платежи без использования карточек) выросла с 39 процентов в 2018 году до 73 процентов в 2023 году.
При этом на Ближнем Востоке всего 17 процентов потребителей используют цифровые банковские услуги по сравнению с почти 60 процентов в США. Ожидается, что доходы от финтеха в регионе Ближнего Востока, Северной Африки и Пакистана возрастут с 1,5 млрд долларов в 2022 году до 3,5‒4,5 млрд долларов к 2025 году, а доля финтеха в банковском секторе увеличится с менее чем 1 процента до 2‒2,5 процента. Некоторые страны Ближнего Востока могут даже сравняться по темпам роста с другими странами с формирующейся рыночной экономикой, такими как Бразилия (5–7 процентов) и Нигерия (12–15 процентов).
Одним из самых серьезных препятствий на пути развития финансовых инноваций на Ближнем Востоке является традиционно бытующее в регионе отношение к финансовому сектору как к святыне. В большинстве стран банковские учреждения принадлежат в основном государству, квазигосударственным структурам или представителям элиты с большими связями. Чрезмерно протекционистские режимы регулирования обеспечивают благоприятные условия существующим учреждениям и превращают их в «бессменных национальных чемпионов».
Банки в странах Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), имеющие сильные балансы, щедро поддерживаемые государством, активно стремятся расширить свою деятельность. Однако ввиду ограниченности возможностей на рынках стран Персидского залива они устремились дальше, на такие рынки, как Турция, которые более открыты для приобретения активов иностранными банками. Трансграничная консолидация банков стран Персидского залива, скорее всего, произойдет не скоро. Например, трудно себе представить, чтобы Национальный банк Катара получил разрешение регулирующих органов на приобретение мажоритарного пакета акций банка в Саудовской Аравии или Эмиратах. В правительственных кругах существует неудобное противоречие между стремлением к расширению финансовых инноваций и доступа к финансовым услугам и желанием защитить столь дорогих им местных чемпионов банковского дела. В силу прочно укоренившейся динамики в банковском секторе многие финтех-стартапы в регионе являются скорее поставщиками услуг или инструментами привлечения клиентов для существующих банковских учреждений, а не их реальными конкурентами. Возможности развития финтеха необходимо рассматривать через эту призму.
Страны Ближнего Востока проявляют все больший интерес к созданию экосистемы, способствующей финансовым инновациям, и некоторые из них пытаются создать центры финтеха, в том числе в Абу-Даби, Бахрейне, Дубае и Эр-Рияде. В отличие от США, где государство, прежде чем вмешиваться, предоставляет сектору возможность для проведения изысканий и роста, правительства стран Ближнего Востока желают быть в центре финансовых инноваций, чтобы иметь возможность контролировать их. Поэтому большинство игроков рынка финтеха в регионе предпочитает ладить с правительством, а не следовать призыву Марка Цукерберга «двигаться быстро и ломать устои».
Такую исходную практику требуется пересмотреть. Процесс по принципу «сверху-вниз», контролируемый государством, вместо подхода к инновациям, предполагающего ведущую роль отрасли, не приведет к появлению финтех-компаний, способных конкурировать на мировом уровне, и не привлечет лучшие финтех-компании для запуска деятельности на местных рынках.
При том что следует признать важность снижения рисков и обеспечения защиты потребителей, эти соображения не должны мешать развитию финансовых инноваций. Директивные органы стран региона должны создать экспертный потенциал и ресурсы, необходимые для эффективного регулирования финтех-индустрии. Предоставление финтех-компаниям возможности развиваться, не подвергаясь чрезмерному регулированию на начальных этапах становления, будет стимулировать рост инноваций.
Финтех в ОАЭ создается в основном вокруг свободных зон «Глобальный рынок Абу-Даби» (Abu Dhabi Global Market) и «Международный финансовый центр Дубай» (Dubai International Financial Centre); что касается Бахрейна и Саудовской Аравии, они придерживаются консолидированного подхода на основе центрального банка. Саудовская Аравия, обладая большим рынком, имеет все возможности для наращивания масштабов деятельности финтех-компаний с помощью благоприятствующего регулирования. Но даже при том, что каждая экосистема в первую очередь уделяет внимание развитию своих сравнительных преимуществ, в этом фрагментированном регионе необходимо улучшать межсистемное взаимодействие и операционную совместимость.
Наиболее серьезной проблемой для создания глобально конкурентоспособных финтех-стартапов в этих региональных центрах по-прежнему будет оставаться масштабируемость рынка. На сегодняшний день там пока нет значительного количества общерегиональных игроков.
Учитывая ту важность, которую в сфере финансовых услуг имеют объемы, трудно представить себе, что финтех-сектор сможет успешно развиваться во фрагментированном регионе. Смогут ли Иордания или Бахрейн повторить тот успех, которого добилась Швеция с глобальной системой онлайн платежей и покупок «Klarna»? Это маловероятно. Масштабирование в этом регионе требует крупных затрат, а нормативные требования чрезмерно строги. Большинство учредителей компаний признаются, что в отсутствие регионального, мультирыночного подхода им не удастся добиться своих целевых показателей роста и разработать устойчиво прибыльную бизнес-модель.
Цифровизация финансовых услуг стала возможной благодаря расширению доступа к технологиям с меньшими затратами на основе инноваций в области цифровой инфраструктуры, таких как облачные вычисления, а также благодаря доступу к венчурному капиталу. С появлением искусственного интеллекта (ИИ) возможности коренных изменений в сложных отраслях стали более реальными, чем когда-либо. ИИ в еще большей степени уравнивает шансы всех цифровых стартапов, особенно в сфере финтеха, где требуется детальный анализ сложных массивов данных с практически идеальной точностью, поскольку ошибки сопряжены с серьезными рисками. То, что раньше было технологически сложным и непозволительно дорогим для многих молодых компаний, теперь может стать возможным благодаря языковым моделям на основе ИИ.
Финтех был доминирующим сектором для венчурных инвестиций в течение последних трех лет и, как ожидается, останется лидером. Объем венчурного финансирования в финансовые технологии в регионе Ближнего Востока и Северной Африки в 2022 году увеличился на 58 процентов — до 925 млн долларов с 587 млн долларов в 2021 году. В 2022 году финансирование осуществлялось в рамках 131 сделки по сравнению со 124 сделками в 2021 году: раунды инвестиций становятся все более крупными. Доля сектора в венчурном финансировании увеличилась с 21 процента в 2021 году до 29 процентов в 2022 году.
В ходе первой волны инвестиций преобладали платежные стартапы, что неудивительно для региона, в котором основная часть экономической деятельности приходится на денежные переводы и торговые операции. В последнее время в регионе инвестиции осуществляются в более диверсифицированный набор стартапов, включая предлагающие покупки в рассрочку стартапы Tabby и Tamara, занимающиеся банковским обслуживанием в открытом формате компании Lean Technologies и Tarabut Gateway, платформы кредитования для малого и среднего бизнеса Lendo и Liwwa, а также компании Sarwa и Thndr, занимающиеся управлением активами состоятельных клиентов.
Тем не менее объем венчурного финансирования не оправдал прогнозов, и, возможно, темпы роста замедляются. По состоянию на первый квартал 2023 года объемы сделок и финансирования в регионе оказались на самом низком уровне с начала пандемии COVID. В докладе Института Милкена за 2019 год прогнозируется, что к 2022 году 465 финтех-компаний на Ближнем Востоке привлекут более 2 млрд долларов венчурного финансирования, в то время как в 2017 году всего лишь 30 стартапов привлекли порядка 80 млн долларов. На данный момент регион явно не реализует свой потенциал в силу всех вышеперечисленных причин.
Несмотря на имеющиеся проблемы, регулирующие органы в регионе признают потенциал финтеха для расширения охвата финансовых услуг и обеспечения экономического роста и всерьез намерены создать благоприятную нормативную среду. Недавние заявления Саудовской Аравии о создании системы банковского обслуживания в открытом формате и Египта о регулировании цифровых платежей представляют собой значительные шаги в направлении улучшения регуляторного климата.
Для того чтобы финтех-сектор смог полностью реализовать свой потенциал, требуется реализовать ряд ключевых мер политики, не забывая при этом о необходимости сокращения рисков и обеспечения защиты клиентов.
Обеспечение равных условий деятельности для действующих компаний, международных игроков и стартапов приведет к появлению более динамичных субъектов, способных конкурировать на мировом уровне. Предоставление действующим компаниям возможности эффективно конкурировать будет способствовать росту расходов на ИТ и развитию инноваций. Чтобы удержать клиентов, действующие компании будут вынуждены совершенствовать свои продукты и услуги. Усиление конкуренции также будет способствовать столь необходимым слияниям и поглощениям как в пределах отдельных стран, так и в межстрановом плане, что позволит высвободить венчурный капитал успешных стартапов и привлечь капитал для нового венчурного финансирования в отрасли.
Гармонизация нормативно-правовой базы позволит всем игрокам легче и эффективнее расширять свое присутствие на рынке. Стартапам по-прежнему будет необходимо получать лицензии и разрешения, но повышение прозрачности регулирования и вовлечение общественности позволят сделать процесс расширения географии деятельности более гладким. Еще одним положительным шагом станет разрешение игрокам, получившим лицензию в одной стране, свободно работать в другой. Соглашения между регулирующими органами различных региональных центров позволят стартапам расширять географию своей деятельности без особых сложностей. Самое важное ─ признать, что региональный рост никого не оставляет в проигрыше и выгоден всем.
Демократизация доступа к информации является ключом к развитию инновационного финтех-сектора. Положения о банковском обслуживании в открытом формате и всеобъемлющие кредитные реестры потенциальных заемщиков позволят сократить издержки и будут способствовать росту конкуренции среди более широкого круга компаний по продуктам и услугам.
Необходимо расширить пул инвесторов в местный венчурный капитал. В странах Ближнего Востока и Северной Африки объем венчурного финансирования в 2023 году сократился на 13 процентов, а количество сделок уменьшилось на 55 процентов. Регион, как правило, в значительной степени полагается на международные фонды для восполнения пробела в крупных венчурных раундах. За исключением государственных инвестиционных фондов и квазигосударственных структур, имеется лишь ограниченное число местных игроков, способных финансировать крупные раунды инвестиций, необходимые для преобразования и масштабирования стартапов для участия в конкуренции на региональном и мировом уровне. В регионе просто не хватает международных партнеров с ограниченной ответственностью для обеспечения устойчивой работы индустрии венчурного капитала без государственной поддержки. Совершенно необходимо создать активный, разнообразный и обширный пул партнеров с ограниченной ответственностью. Экосистема нуждается в местных и международных институциональных инвесторах, таких как пенсионные фонды, благотворительные фонды, целевые фонды, страховые компании и компании по управлению активами. Привлечь таких инвесторов помогут программы гарантий и льгот.
Развитие человеческого капитала и иммиграция должны стать одним из главных пунктов программы мер политики. Для создания инновационных стартапов и эффективной регуляторной среды требуются грамотные финансовые специалисты. Найти специалистов, разбирающихся в сложных финансовых и технологических вопросах, на Ближнем Востоке непросто. Регион нуждается в подходе на основе трех компонентов: формирование национальных кадров на основе активного реформирования системы образования с ориентацией на подготовку кадров, главным образом, для наукоемких отраслей; изучение инициатив по повышению качества существующих трудовых ресурсов с помощью государственно-частных партнерств, целевых программ и повышения заинтересованности частного сектора; и запуск программ долгосрочных виз и предоставления постоянного места жительства с возможностью получения гражданства, особенно для талантливых специалистов-экспатов, уже работающих в регионе.
Мир стал свидетелем преобразующего характера финтеха и его положительного влияния на расширение доступа к финансовым услугам, экономический рост, благосостояние потребителей, трансграничные инвестиции и торговлю в странах с развитой и развивающейся экономикой. Правительствам необходимо воспользоваться моментом и провести необходимые реформы, чтобы стимулировать подлинные финтех-инновации в регионе.
АМДЖАД АХМАД ─ председатель инициативы empowerME в Атлантическом совете, управляющий партнер по странам Ближнего Востока и Северной Африки, советник по развивающимся рынкам в венчурном фонде «500 Global».
© 2026 International Monetary Fund. All rights reserved.
